Последний Паладин. Том 6 (СИ)

— Хорошо, тогда он ваш, — кивнул я и за миг до того, как загребущие руки Павла Матросова утянут камушек в недра лаборатории, добавил, — за небольшую услугу.

— Услугу? — замер мужчина, — ааа, вы про обещанный королевский ужин? В этот раз я подготовился и…

— Нет, на этот раз я тоже подготовился и пришел не голодный, — усмехнулся я, — на парковке меня ждет один человечек, Глеб зовут. Это очень талантливый механик, и он всю жизнь мечтал увидеть оборудование Имперской лаборатории вживую. Небольшой экскурсии будет достаточно.

— Это невозможно! — тут же замахал руками Павел Матросов, — Никак! Лаборатория — это режимный объект!

— Жаль, тогда ничем не могу помочь, — развел я руками.

— Но как же наш контракт? — забегал взгляд лохматого мужчины в белом халате.

— По нему единственная моя обязанность — это предоставление отчетов, — напомнил я и невозмутимо потянулся к бурому камешку.

— А что вы… сделаете с образцом? — нервно наблюдая за мной, сглотнул ком в горле Павел Матросов.

— Пока не знаю, — пожал я плечами, — может, продам.

— Ни в коем случае нельзя, господин Маркус! — с легкой паникой в голосе подорвался Павел, — Это же уникальная материя! Единственная в своем роде! Нельзя, чтобы такое попало в плохие руки! Это может поставить под угрозу безопасность не только Империи, но и всего человечества!

— Тогда, пожалуй, выброшу, — понимающе вздохнул я, — ради блага человечества.

Пафоса, конечно, он нагнал мастерски, хотя особенной практической ценности бурый камешек не имел.

Да, он обладает невосприимчивостью к любой стихии и уникальной структурой, но это потому, что на него длительное время воздействовала Стихия Времени и видоизменила саму суть стихийного камушка, сделав из него некое подобие песка из того Портала-ловушки.

Собственный стихийный ответ камушка нулевой, и единственная его ценность — в отторжении любой энергии и близкие к абсолютным, защитные свойства.

Звучит многообещающе, но все портит тот факт, что абсолютная защита также будет отторгать любую материю, к которой прикоснется, и это сводит на нет любое практическое применение камушка из-за его сверхмалых размеров.

Хотя кто знает, какое оборудование есть в глубинах местной лаборатории, может, Павлу и удастся извлечь какую-нибудь пользу.

— Выбрасывать еще хуже! Маркус, прошу вас, оставьте его мне! — взмолился Матросов.

— Ладно, — сдался я под жалобным напором, — за экскурсию для Глеба я оставлю тебе все, что есть.

С этими словами я поднялся на ноги и вытряхнул из мантии целую горсть бурых камушков, на каждый из которых Павел смотрел как на бесценный бриллиант.

— Экскурсию, да… — обреченно вздохнул Павел Матросов и принялся бережно собирать мелкие, словно песчинки, бурые камушки.