Последний Паладин. Том 6 (СИ)

— Маркус, значит, — томно прошептала Октавия и протерла рукой запотевшее от учащенного горячего дыхания зеркало.

Пальчики с черным маникюром скользнули по розовым губам и изящному подбородку. Медленно прошли ниже… по тонкой шее, скользнули по высокой груди и остановились.

Остановились аккурат в том месте, куда пронзила ее черная стрела из необузданной, дикой и неизвестной энергии.

Энергии, которую Октавия привычным образом попыталась имитировать, дабы нивелировать ее воздействие, однако имитация не сработала.

Более того, применив ее, Октавия испытала ни с чем не сравнимый трепет.

Каждая клеточка ее тела замерла в ужасе. Вся энергия оцепенела, боясь даже пошевелиться, а нерушимые нити имитации бессильно истаяли, словно снежинка в жерле вулкана.

Ничего подобного Октавия раньше не испытывала.

Впервые черноволосая девушка столкнулась с тем, чем не может завладеть.

Октавия знала, что запретный плод всегда самый сладкий, но она и помыслить не могла, что способна чего-то желать настолько страстно и искренне.

— Кто же ты такой, Маркус, — глядя в зеркало, прошептала Октавия, не убирая пальцев от груди.

Да, черная стрела пронзила не ее сердце, а сердце Астрид, но возбуждающее жжение не проходило, а сердце никак не унималось и колотилось как бешеное.

Глубоко выдохнув, Октавия выключила воду и осторожно потянулась к астральной сети.

От былого доступа к информации не осталось и следа. После того как Обитель осознала гибель Княгини, нить подключения Княгини Аглаи была навечно уничтожена, и теперь Октавия располагала только той информацией, которая касалась Рода Фон Грэйв.

Октавия понимала, что отцу это не понравится, но это ее нисколько не расстраивало.

Рано или поздно мир бы все равно узнал, что Княгиня Аглая умерла, и то, что это случится немного раньше запланированного, не критично.

Результатов прошедшего на Совете голосования это все равно не отменит. Аргус принял голос Княгини Астрала согласно Пакту, и проблем с коронацией отца потеря Обители не доставит.

В отличие от второй части плана, ради которой Октавия и прибыла в Империю.

Получение власти и захват Империи было мечтой и стремлением Вильгельма Фон Грэйва.

Интерес же Октавии был несколько шире и границами Империи не ограничивался.

С этой мыслью девушка вышагнула из душевой, ловко обтянула вокруг талии белое полотенце и глянула в зеркало. Поправила волосы, улыбнулась сама себе и одним глубоким вдохом восстановила нормальное сердцебиение.

— Цель важнее чувств, — вслух повторила Октавия одну из любимых фраз отца и потянулась к телефону.

— Как? — обманчиво спокойным голосом спросил коренастый мужчина с погонами полковника.

— Ну… это… я… — пытался найти слова молодой офицер, едва сдерживая накатывающую панику.