Последний Паладин. Том 5 (СИ)

— Имеешь ли ты отношение к уничтожению Рода Чугунских? — холодно спросил я, остановившись в двух метрах от пылающего дикой силой Князя.

Я медленно шел вдоль поляны и размышлял.

Приятный ветер доносил звуки близкого боя, а сверху припекало портальное солнышко.

Верхний ярус Портала Трезубца, как обычно, был многолюден, но никто не обращал особенного внимания на одиноко идущего Стража с потрепанным полупустым рюкзаком за спиной.

В нос ударил сладкий запах жареных грибов, заурчал живот, и я всерьез задумался повернуть и пофармить грибочков на ужин, но передумал.

Тело подрагивало от перенасыщения дикой энергией, а рюкзак, хоть и был наполовину пуст, на вторую половину он был загружен кристаллами металла, совокупная рыночная стоимость которых превышала полученную мной награду за устранение Альфы Гроксов.

И да, как доложила Лекса, эту награду нам уже выплатили.

С транспортировкой туши Альфы вышли некоторые сложности, так как она даже без конечностей оказалась слишком большой и тяжелой для разовой перевозки.

Результатом решения проблемы стало, что Князь Металла, не торгуясь, купил ее по рыночной цене.

Его ответ на мой вопрос меня полностью устроил, и наш дальнейший разговор свелся к обсуждению плана, как остановить Князя Света.

Плана, которого по факту у нас и не было. Ведь Князь Металла пока не мог вспомнить подробности замыслов Князя Света, а я не мог пообещать помешать тому, о чем не знаю.

В итоге мы сошлись на том, что Князь Металла останется в этой шахте и попытается вспомнить.

Это было единственным местом, в котором он чувствовал себя в безопасности.

Будучи «изгнанным» на добычу ресурсов для кольца стен, Князь Металла вымещал свой гнев в шахтах и пробирался все глубже и глубже… он не делал перерыв ни на отдых, ни на сон и продолжал долбить, пока вдруг не почувствовал проблески разума.

Осознав себя, он понял, что гнев и ярость были ему навязаны, как и 99% его поведения. Это откровение заставило Князя Металла лезть еще глубже в шахты, и он продолжал углубляться до тех пор, пока не забрался в место, где разум полностью очистился от чужой воли.

Князь Металла признался, что он чувствовал себя сейчас как разбитая ваза, которая пытается собрать самого себя по разбитым осколкам. Но безнадежное ощущение потерянности хотя бы было его собственным ощущением, и он был готов бороться до конца, чтобы вернуть себя.

И в конце разговора попросил дать ему время.

А еще сделал небольшой подарок из числа воспоминаний, которые ему вернулись.

Подарок, который я намеревался использовать немедленно, поэтому достал телефон и набрал номер Альберта.

— Бодрое утро, комендант! — веселым тоном начал я разговор.

— Вообще-то, сейчас глубокий вечер, — хмыкнули в ответ.