Последний Паладин. Том 3 (СИ)

Мышцы воительницы разбухли еще больше, дорогой костюм разошелся по швам, проступившая оттуда темная кожа побагровела как у демона какого. Жгучая Стихия Огня окутала меня целиком, хватка усилилась и воительница медленно подняла меня над землей, вены на ее лбу вздулись, темные волосы начали тлеть, а сквозь стиснутые до хруста зубы доносился животный рык.

Спасибо, что эта «дама» не полезла меня целовать, а то поначалу я даже испугался ее резкого порыва.

Коротышка в доспехе в этот момент с деловитым видом направился к рюкзаку за моей спиной, полагая, что я уже нежилец.

Пожалуй, пора, — решил я и, сложив руку в кулак, поднял ее на уровень своей груди.

Мгновением спустя, в руке появился теневой клинок и пронзил шею воительницы насквозь.

Ее хватка тут же ослабла, я опустился обратно на землю, а перекаченное бордовое тело с булькающими звуками обмякло и рухнуло на пол.

Коротышка же даже не успел понять, что произошло, как последующий взмах теневым клинком срубил пару пальцев с его загребущей ручонки, которой он тянулся к рюкзаку.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А, СУКА! — завопил доспех-полторашка, и отскочил от меня подальше, брызгая вокруг кровью.

— ВЗЯТЬ! — мгновенно сориентировался Светлый, а сам вжался в дальнюю стену.

Выпущенная из его рук золотая цепь покрылась стихийным сиянием Света и намоталась в четыре оборота на шею существа, от чего детеныш Тирануса взревел от боли, готовый сделать что угодно, лишь бы это прекратить.

— «Оборви», — прошептал я, и золотая цепь потускнела и с грохотом рухнула на пол.

Не сразу понявший что произошло, детеныш Тирануса округлил свои красные глазенки и посмотрел себе под ноги. Потом подергал короткими лапками и неуверенно повернулся вокруг своей оси.

— ТЫ ЧЕ ТВОРИШЬ, ТУПИЦА?! Я ОТДАЛ ПРИКАЗ ВЗЯТЬ!!! — разозлился Светлый и гневно ткнул в меня пальцем.

Ну детеныш Тирануса и взял… его на таран.

Тупой рог пухлого как кабан зверька с мордой ящера находился аккурат на высоте паха блондина, куда и пришелся основной удар.

Звук всмятку разбитых яиц, вперемешку с хрустом костей таза разнесся по помещению. Кричать Светлый Приручитель не мог, так как, на свою удачу, мгновенно вырубился от болевого шока.

Зверек же начал стремительно пятиться, набирая разгон, но его толстая задница врезалась в стол, с которого ему на голову упал горшочек с кактусом.

Недовольно тряхнув своей башкой, детеныш Тирануса нахмурился и сожрал наглое растение вместе с горшком, после чего с разбегу впилился в грудь лежащего без сознания Приручителя.

Тупой каменный рог обратил в труху ребра и позвоночник Светлого, после чего зверек брезгливо потоптался на обезображенном трупе и довольно фыркнул.

За всем этим делом, помимо меня, наблюдал сумевший остановить кровотечение Коротышка в доспехе.