Последний Паладин. Том 3 (СИ)

— Кхм, — недовольно кашлянула девушка, — ты ведь понимаешь, что когда Князь Природы узнает, что его дочь жива, он захочет закончить начатое? Или… что еще хуже, он сможет объявить общественности, что это Клан Теней похитил его дочь! Твои следы…

— Нет там никаких следов, — отмахнулся я.

— А на площади Единства? — невозмутимо продемонстрировала свою осведомленность Лекса.

— Невозможно, — неуверенно закусила губу девушка, — применение любой Стихии оставляет остаточный след. Даже если техника слабая и неизвестная, некоторые артефакты способны ее зафиксировать.

Технически, Лекса права, любая Стихия оставляет след и Тьма не исключение. Только вот, если незнакомую им технику их хваленые артефакты распознать смогут, то вот идентифицировать целую незнакомую Стихию очень вряд ли.

— Считай мой случай исключением, — улыбнулся я, — и вместо того, чтобы тратить время на пререкания, давай займемся настоящим делом. Мне нужно, чтобы все выжившие люди принцессы остались в живых следующие сутки.

— Гарантированно? — деловито уточнила девушка.

— И без нашего физического вмешательства, — кивнул я, — это возможно?

— Если на сутки… то в принципе возможно, — задумчиво постучала по планшету Лекса, — можно зайти через статус «жертв» и защиту общественным вниманием, или же, наоборот, выставить их «подозреваемыми».

— Какой способ эффективнее?

— Статус подозреваемых и тюрьма, — с готовностью констатировала Лекса.

— Делай, — кивнул я, — с последствиями будем разбираться позже. Им будет что-то угрожать?

— Ближайшие сутки точно нет, дело убийства высокородной аристократки слишком громкое. Оно на личном контроле у Наместника и за ним вдобавок сейчас следит вся столица. Людям принцессы будет не очень комфортно, но их точно не убьют.

— Тогда оставляю это на тебя, — поднялся я на ноги и начал раздеваться.

— Чем-то еще могу помочь? — игриво склонила голову девушка, не отводя взгляда.

— Распорядись подготовить завтрак и машину, у меня дела в городе, — благодарно кивнул я и направился в душ.

Девушка сопроводила мой уход странным взглядом, в котором я отчетливо уловил, обиду?

Освежившись после ночных забегов, я с аппетитом умял вафли с тонким мясом и острой начинкой, закусил парой свежих фруктов и залил сверху литром кофе.

Хотя сонливость мне так и так не грозила.

За ночь мой прожорливый фамильяр сожрал столько стихийной энергии с убитых, что побочного заряда бодрости мне хватит часов на двадцать. Одни только стихийные огненные боеприпасы, которыми была щедро вооружена армия убийц, все еще продолжали усваиваться моим организмом и вызывали изжогу.

Я старался не думать о том, за сколько сотен тысяч это все можно было продать, ведь унести оттуда хоть что-нибудь было довольно рискованно.