Последний дубль

Какой смысл участвовать в заведомо провальном соревновании?

— Дай-ка поразмыслить, — мечтательно закатывает глаза. — У вас есть выбор?

Не особо. Не так чтоб очень.

Нужно выбраться. Но не такой ценой.

Как там учат на иностранных тренингах?

Когда ты находишься в плену, ты можешь делать абсолютно все ради спасения. Но не делай ничего такого, с чем потом не сумеешь справиться, не сумеешь жить.

Тренера бы сюда. Пусть бы показал наглядно, как действовать.

— Почему людей, которые получают удовольствие от жизни, называют психами? — в голосе Джека звучит искреннее недоумение. — Неужели завидуют? Кто-то любит выпить, кто-то покурить. Я люблю резать. Что тут противоестественного? Почему я вынужден скрывать истинные чувства? Разве современный мир не учит нас быть уникальными? Чем я хуже лесбиянок и гомиков? Я тоже хочу свободы. Хочу самореализоваться. Открыть все грани своей личности. Реальность такова, мы ничего не способны изменить. Кто-то убийца, а кто-то должен умереть.

Он театрально разводит руками.

— Займемся основным, — усмехается. — Дамы, посмотрите направо. Там, на полу, лежит ключ от наручников. Четко по центру. У вас обеих приблизительно одинаковые шансы. Советую поспешить. У вас минута, чтобы освободиться и выстрелить в Артура. Если вы не успеваете, я выстрелю сам. В кого и куда? Я еще не решил.

Он целует дуло пистолета. Нежно и трепетно, с затаенной страстью. Будто любимую женщину.

— Минута пошла, — заявляет Джек и начинает отсчет секунд: — Раз, два, три…

Я прохожу все стадии принятия неизбежного. За мгновение.

Нет. Не может быть. Это не со мной. Это нереально. Это сон. Кошмар. Галлюцинация.

Ненавижу. Какого хрена. Почему. За что. Как Рита могла так меня подставить. Откуда взялся этот больной на всю голову ублюдок.

Вдруг удастся его убедить. Опять заболтать, вывести на откровенность, разжалобить. Не обязательно следовать всем правилам. Надо найти путь, увернуться, увильнуть.

Ничего не выйдет. Паника переполняет и захлестывает, увлекает на дно. Тяжким грузом оседает на плечи, гнет вниз. Кислота обдает изнутри.

Я обречена. Назад дороги нет. Я увязла между адским пламенем и мрачной пропастью. По бокам тонкий канат. Не удержусь, даже не стоит пытаться.

Но я все-таки пытаюсь.

— Пять, — говорит Джек.

И я повинуюсь инстинкту.

Стараюсь сгруппироваться, заваливаюсь на бок. Со всей дури бьюсь о бетонный пол. Не замечаю боли. Не ощущаю холода.

У меня единственная цель — воля.

Выбраться, вырваться, выгрызть.

Я методично вколачиваю деревянный стул в бетон. Пробую разбить и освободиться как можно быстрее. Ползу вперед, скованными руками шарю по полу. Хватаю ключ.

— Сорок девять, — сообщает Джек.

Я на грани отключки.

Черт, нужно было заранее тренироваться открывать наручники из такого положения.