Последний билет в рай

– Дуся! – сказала я в трубку низким голосом, имитировать такой тон у меня прекрасно получалось.

– Кто это?! – взвизгнула Курочкина испуганно. – Я вас не знаю!

А она очень хорошо говорит, учитывая, что «челюсть у нее сломана и все зубы выбиты», усмехнулась я.

– Зато я тебя хорошо знаю. Как облупленную! Особенно хорошо я знаю о том, как ты дала на суде лживые показания.

– На к-каком с-суде? – начав вдруг заикаться, осведомилась Дуся. Голос ее заметно упал.

– На том самом, который оправдал убийцу Суруляка, твоего милого! Он ведь не был в тот вечер с тобой, он насиловал и убивал в сарае мальчика. И ты, дрянь, это прекрасно знаешь! Но ничего, это знает еще кое-кто. И этот кое-кто даст такие показания, что вам с твоим дружком-извращенцем не поздоровится. И ты пойдешь по статье за дачу заведомо ложных показаний… Ха-ха! Была у тебя жизнь прикольная, станет протокольная!

– Это кто говорит?! Эй, урод! Ты… ты кто?! – завизжала Дуся в самое мое ухо.

Я даже немного отпрянула от трубки.

– Я из общества защиты детей от извергов. Мы действуем нелегально и потому более жестко, чем законные органы. Мы…

В трубке послышались гудки. Евдокия отключилась. Ничего, я позвоню тебе сегодня вечером попозже и завтра позвоню! Я буду звонить каждый день по несколько раз, чтобы ты не расслаблялась, чтобы жизнь твоя превратилась в кошмар! В такой, каким стала жизнь для бабушки убитого мальчика, для его мамы и папы.

На другой день мне позвонил Павел и рассказал, что все получилось именно так, как я и рассчитывала. В милиции Курочкина действительно указала на свою бывшую подругу, Фелизу Рустамову, как на одну из напавших на нее «бандитов». Фелизу, естественно, тут же арестовали, но у нее, как выяснилось, имелось просто железное алиби. Десять свидетелей из кафе «Русалочка» дружно и клятвенно подтвердили, что в тот вечер веселая дамочка «зажигала» у них в заведении. Причем была в таком изрядном подпитии, что ни о каком грабеже не могло быть и речи! Еще бы! Две бутылки вина – это все-таки солидная доза. Охранники заверили следователя, что буквально тащили женщину волоком из кафе, освобождая от ее нежелательного присутствия обеденный зал. Так что милиция вынуждена была отпустить Фелизу на все четыре стороны.

Узнав об этом вопиющем факте, Евдокия закричала не своим голосом: «Все свидетели куплены! Фелизкино алиби – липовое!» Адвокат Павел, разумеется, совершенно «случайно» оказавшийся рядом, согласился с потерпевшей: да, мол, иногда алиби бывает и липовое. И многозначительно посмотрел в глаза пострадавшей. Та прикусила язык.

Забегая вперед, скажу, что мне совсем недолго пришлось терроризировать мадам Курочкину звонками, грозя доказать ее лжесвидетельство и пророча, что скоро она огребет приличный срок.