Последний билет в рай

Я ехала домой, чтобы принять облик жгучей брюнетки, какой увидел меня Обмылок. Загримировавшись и надев то же самое синее узкое платье, в каком я была в магазине в прошлый раз, я перекинула сумочку через плечо и спустилась к машине. Конечно, еще неизвестно, на месте ли хозяин. Может, он тоже отлеживается сейчас в больнице, как его братец?

Еще издалека я увидела, что магазин «Игрушки для взрослых» открыт. В дверях маячил охранник, но не тот, который потом появлялся в клубе, а другой, поменьше ростом и более лохматый. Я, как всегда, поставила машину за углом, не желая светиться, и вошла внутрь.

Суруляк стоял за прилавком. Кисть его правой руки была забинтована, на костяшках пальцев сквозь бинт выступила кровь. Физиономия его была разукрашена разноцветными кровоподтеками, под глазом светился солидный фингал. Да, видок у хозяина еще тот!

– О, старая знакомая! – весело воскликнул он, выходя мне навстречу из-за прилавка.

Чему это он так обрадовался?

– Ну, так как, надумала? Пойдешь ко мне работать?

– Пойду, наверное… Ой! А что у вас с лицом? И с рукой?

– В аварию попал, – не моргнув глазом бодро соврал Обмылок, – один пьяный урод меня сбил. Ездят, понимаешь, всякие муд… алкаши по дорогам…

– Что вы говорите! Вот уж, действительно, урод! Я надеюсь, вы подадите на него в суд?

– В суд?.. А, ну да! Обязательно подам. Потом… Так как насчет работы? Согласна? А то я болею, как видишь, мне помощник нужен. Вчера вообще весь день отлеживался, встать не мог. Сегодня-то еле приполз…

– Зачем же вы пришли? Полежали бы еще, полечились. Здоровье беречь надо!

– Это верно, беречь надо. Только кто же работать будет? Магазин должен прибыль приносить. Если я отлеживаться начну… без штанов останусь! Так будешь у меня работать? Давай, решай, а то я другого человека возьму.

– Не знаю. Смогу ли я… Я, вообще-то, стеснительная…А здесь у вас такие вещи… – Я смущенно опустила глаза.

– Да ладно! Стеснительная она! Знаем мы таких стеснительных. А потом в постели окажется…

– Ничего. Ты, это… давай, короче, начинай работать.

– Меня, вообще-то, зарплата не совсем устраивает… Я дома подумала: восемь – это все-таки мало.

– Так это же только на первое время, потом прибавлю. Короче, давай, осваивайся тут. Смотри, где и что лежит, запоминай названия. Кстати, тебя как зовут-то?

До него только в этот момент дошло, что мы еще незнакомы!

– Мила, – сказала я, снова состроив ему глазки.

– Ха! Мила… Ну, Мила так Мила. А меня Степаном Ивановичем кличут. Запомнила, Милка-кобылка? – Суруляк противно засмеялся.

Меня просто передернуло от такого кавалерийского юмора. Тоже мне, остряк-самоучка!

Но пришлось мне встать за прилавок рядом с Обмылком и остаток дня провести, наблюдая, как хозяин продает клиентам фаллоимитаторы и резиновые женские прелести.