Последняя жизнь нечисти

Я проводила его задумчивым взглядом. Вот и еще одна мышка угодила в тщательно расставленные сети. Посмотрим, какой из меня получится кукловод.

Еще не думало светать, когда я пришла в тренировочный зал. Он располагался в одном из подвальных помещений, видимо, чтобы шум занятий не мешал сладкому сну обитателей дворца. Я небрежным пассом пробудила спящий под потолком магический шар, который сразу же залил все вокруг мертвенным светом. Рано, слишком рано. Шерьян наверняка еще нежится в своей пустой кровати.

Неожиданно сердце стукнуло чуть громче. Я прищурилась, выравнивая дыхание от непрошеной картины перед мысленным взором. Темнота. Чуть слышное дыхание спящего человека. Мирный покой под теплым пушистым одеялом. И так хочется хоть на миг представить, каково это – просыпаться в объятиях любимого.

Наваждение схлынуло, словно его и не было. Я открыла глаза и недобро ухмыльнулась. Ну уж нет, больше меня на подобных глупостях не поймать. Как можно доверять тому, кто однажды уже отдал приказ пытать меня?

Намереваясь скоротать время, я уселась на холодный каменный пол, прислонившись спиной к стене. Нахмурилась, вспомнив вечерний разговор с Владыкой. Он явился ко мне незадолго до полуночи, принеся с собой кипу бумаг – стенограмм допросов Вильканиуса. Жаль только, что из них я не узнала ничего нового. Как и следовало ожидать, мой неведомый враг использовал целителя эльфийского правителя втемную, ни словом не обмолвившись об истинных причинах своей ненависти ко мне и прикрываясь пустыми и общими словами о благе для государства. Впрочем, все это я уже слышала – в тот день, когда Вильканиус отправил Гвория на земли мертвых, не собираясь возвращать его обратно. Мол, как можно доверять наследнику, если у него все мысли только о проклятой нечисти. И, мол, все, что они хотели сделать, – лишь очернить меня в глазах придворного общества и заставить Гвория сделать выбор. Беда только в том, что полуэльф давно доказал: на меня и мои чувства ему плевать.

Я устало потерла лоб. Но кое-что интересное из бумаг я все-таки почерпнула. И это мне не понравилось. По всему выходило, что мой противник намного превосходит меня в магической силе. Вильканиус с восторженным придыханием рассказывал про то, какие чудеса тот творил. Хотя я уже имела несчастье в этом убедиться при нападении на меня накануне злополучного ритуала некромантии, во время которого многое встало на свои места. Тогда моему врагу противостояло сразу три сильнейших мага: Шерьян, Гворий и Рикки. И все равно ему удалось изрядно потрепать нас и уйти безнаказанным.

Больше всего меня огорчило то, что из записей допросов не получилось узнать: является ли мой противник метаморфом или же у него в услужении есть один из моих собратьев.