Последняя из рода Ша"Ари!

Как-то он признался друзьям, что боится, как примет его Нея после стольких лет разлуки. Физически они связаны, и если один умрет, второму будет крайне тяжело выжить. Если чувства сильны, то горе потери пары убивает слишком быстро, если же чувства слабые, то шанс на выживание довольно высок. Но Сайран сказал, что их чувства чересчур сильны, и их обоюдная боль от разлуки все время грызет его сердце изнутри, но все равно сомнения и страх быть отвергнутым терзали с неимоверной силой.

Наконец, перестав надеяться на сон, она встала, оделась и решила прогуляться на смотровую, чтобы уже там, наедине со звездами, дождаться окончания вахты мужа. Медленно добрела до места и снова, как и множество раз за эти полтора месяца, восхитилась открывшимся видом космоса, его невообразимой ранее красоте. Такая мрачная первозданная красота безмолвного космоса. Закутавшись в шаль, Кнара уселась прямо на полу и, поджав ноги, обняла колени руками, положив на них подбородок. Она не отрываясь смотрела на этот невероятный мир сквозь защитное стекло, и мысли текли вяло и непринужденно. Из состояния мечтательности и созерцания вывел голос Айдри, которая последнюю неделю путешествия постоянно воевала с Девором, огрызалась и вела себя словно дикий затравленный зверек, который боится поверить, что протянутая рука погладит, а не ударит. Все попытки Кнары, завести с Айдри, хотя бы подобие приятельских отношений, вызывали у последней лишь раздражение или ехидные замечания. Последний раз Раксан довольно грубо и безапелляционно осадил девушку, заявив, что ни одна особь любого пола не смеет грубить его микши. И как ни странно, его все поддержали, даже шокированные поведением дочери родители.

- Что ты тут делаешь?

Кнара, вздрогнув, бросила неуверенный взгляд на девушку и, пожав плечами, ответила:

- Раксан сегодня пилотирует, а я больше не могу спать одна. - потом вздохнула и призналась. - Слишком привыкла и очень люблю его!

Айдри, удивленно подняв брови, неуверенно потопталась рядом, а потом осторожно, будто опасаясь, что ее прогонят, села рядом в такой же позе, что и Кнара. Так они просидели минут десять, пока Кнара не решилась задать мучивший ее вопрос.

- Айдри, за что ты так меня ненавидишь? Я сказала или сделала тебе что-то обидное?

Златовласка тяжело вздохнула, а потом словно вниз головой в бездну бросилась.

- Я тебе завидую! У тебя есть все! Красота, ум, красивый и сильный мужчина, да у тебя будет любой мужчина, которого ты захочешь. А у меня ничего нет, здесь я на правах приживалки.

Кнара обалдела от напора горечи в голосе Айдри, и только когда та выплеснула все, что грызло, решилась ответить.