Последняя база

Очень уж тесно в наших камерах, господин Константин.

- Не может нормальный человек просить об этом, - проворчал Дэймон.

- А я прошу! - упорствовал Толли. - Очень прошу! Я хочу выйти отсюда.

- А ведь это решает проблему, - заметил Джекоби.

- Я должен знать, почему он об этом просит, - настаивал Деймон.

- Я хочу на свободу!

Дэймона пробрал озноб. Толли всхлипнул и, едва не зарыдав, навалился грудью на стол.

Урегулированием не наказывали, во всяком случае изначально. Оно убивало двух зайцев одним выстрелом: устраняло излишнюю агрессивность и снимало с души бремя старых ошибок и заблуждений. Дело в последнем, заподозрил Дэймон, встретив взгляд запавших глаз Толли. Внезапно его захлестнула жалость к этому человеку... ничуть не безумному, совсем напротив, очень даже здравомыслящему. Станция в кризисе. В этом нагромождении событий личность теряется, ее попросту отшвыривает на обочину. Тюремные камеры необходимы для настоящих преступников - в "К" их более чем достаточно. Урегулирование - это еще не самое страшное. Куда хуже, например, сидеть взаперти, в камере площадью восемь на десять, без единого окна. Сидеть всю жизнь...

- Затребуйте у компа сопроводительные данные, - сказал Дэймон надзирателю, и тот отдал приказ по виду. Джекоби заметно нервничал, шурша бумагами и ни на кого не глядя. Дэймону же казалось, будто он видит дурной сон.

- Вот что я сделаю, - обратился он к Толли. - Дам вам распечатку с описанием процедуры. Изучите ее, и если до завтра не раздумаете, сообщите нам. Мне также понадобится ваше письменное заявление... и не забудьте в нем упомянуть, что это ваша личная идея и что вы не страдаете клаустрофобией или какой-нибудь другой...

- Я служил военопом, - язвительно перебил Толли. - На разведботе мой отсек был не самым просторным.

- ...болезнью, подталкивающими вас к столь необычному выбору... У вас есть родственники или друзья, которые могли бы отговорить вас, если бы знали?

Глаза Толли стрельнули по сторонам.

- Ну так как? - спросил Дэймон, надеясь, что отыскал зацепку.

- Если ваша просьба - реакция на это печальное...

- Они умерли давным-давно, - оборвал Толли.

Ангельский лик... Человеческая красота без изъяна. "Родильная лаборатория", - осенило Дэймона. Производство солдат в Унии всегда вызывало у него отвращение. Возможно, это предвзятость...

- Я не до конца прочитал ваше досье, - признался Дэймон. - Оно ходило по другим инстанциям. Там полагали, что смогут решить вашу проблему, но затем передумали и поручили ее мне. У вас была семья, господин Толли?

- Да! - тихо, но с вызовом ответил пленник, смутив Дэймона.

- С Сытина. - Все тот же тихий, злой голос. - Обо всем этом я уже рассказывал. У меня были родители, господин Константин. Я рожден. Неужели это имеет отношение к делу?

- Извините. Прошу вас, не обижайтесь.