Отель последней надежды

— А чего ж не уехал?

— Так она вцепилась и не дала!

— Как не дала?!

— Я думал, косуху порвет, так вцепилась! И еще говорит — я, мол, восточными единоборствами занималась, ты, мол, только попробуй дернуться, я тебе руку сломаю!

— Во дает свидетельница! — тихонько сказал лейтенант Бобров.

— Зачем ты ей был нужен?

— Да чтоб ментов ждать! Одна, говорит, я боюсь при трупе! Не могу, говорит, плохо мне! Стой тут, а я ментам позвоню! И позвонила, дура, дура, блин!

Максим все никак не мог понять, в чем состояли сложности Василия Игнатьевича.

— А ты чего не уехал, если хотел?!

Тут юноша вдруг замолчал, шмыгнул носом и стал смотреть в пол.

— Да говорю же, не девка, а ниндзя! Она.., короче, когда я на мотоцикл сел, она меня.., ну, короче, в ухо ударила! Потом неделю болело, вот как залепила, зараза!.. Я даже с мотоцикла упал!

Тут Максим Вавилов захохотал, и Вова Бобров захохотал тоже.

Ай да Катя Самгина, питерская журналистка! Ай да молодец!

Крутому байкеру в ухо залепить, так, чтобы тот с мотоцикла грохнулся, — это не шутки, это уметь надо!..

Сильная, значит. А раз сильная, да еще какие-то единоборства поминала, вполне возможно, могла и задушить!

Тогда зачем вся канитель с байкером, с милицией?! Задушила, и делу конец!

— Я упал, а она звонить стала! А я стал просить ее, чтобы она меня отпустила, когда менты подъедут, чтоб не видели они меня! Ну не могу я с ментами, у меня ни прописки, ни регистрации, ничего нету!.. И не работающий нигде! И я думал, что этого, который лежал, она сама и того…

— Чего? — переспросил Максим Вавилов.

— Ну.., убила она его!

— А как она его убила? У нее в руках пистолет был или, может, топор? Или лом?

Юноша подумал немного, старательно вспоминая лом и топор.

— Да не, не было ничего такого!

— Так что же, она его голыми руками, выходит, замочила?"

"— А кто ее знает! Может, дала, как мне, в какое-нибудь такое секретное место, от которого человек сразу на тот свет! И все! Я читал, что некоторые так умеют, читал, правда!..

— После того, как ты с мотоцикла свалился, что было?

— Ну, она меня держала, а сама ментам звонила. За шею держала, так сдавила, тоже три дня болела!

— А ты чего?

— А я просил, чтоб отпустила, что мать у меня в Саратове и про мотоцикл ничего не знает, а если менты приедут, протокол начнут составлять, матери звонить, она от горя помрет! И девка сказала: как менты приедут, так и катись на все четыре стороны! Ну вот… Мы ждали, ждали, они все не ехали, а потом, когда мигалку увидели, она мне говорит: катись отсюда! И еще слово добавила непечатное.

— Я бы таких семь добавил, — сказал Максим Вавилов.

— Но она обещала ментам про меня не сообщать, чтобы мать не узнала.

— Да, — проговорил Бобров задумчиво. — Между прочим, она нам про него и не сказала, шеф.

— Не сказала, — согласился Максим Вавилов.