Последнее японское предупреждение

Когда я впервые поняла, что мне не нужно никого, кроме тебя.

Она сидела на кровати, поджав под себя ноги и укутавшись голубым покрывалом. Сказка, начавшаяся недавно, закончилась. Она – как арестантка в этой комнате, за стеной – человек, который три раза в день приносит ей еду и выпускает в душ и в туалет. Все остальное время она сидит здесь, запертая на ключ. Анфиса Валентиновна, посылая в адрес Жени проклятия, уехала к дочери, и ее комнаты стоят пустыми. Во всем виновата только она, Женя. В том, что поверила этой Елене, что помогла забрать из школы девочку, а потом оказалось, что родители ее никуда не уезжали, а искали ее по всему городу. Что дед этой кудрявой Сонечки – владелец банка, в котором Женя работала, а отец – действительно тот огромный одноглазый начальник службы безопасности.

Женя снова вспомнила тот день, когда узнала об этом, вспомнила, как выбежала из здания банка в одной униформе и побежала сломя голову домой, чтобы взять Соню и привести ее к отцу, потому что поняла, что нажила себе огромные неприятности, согласившись помочь Елене. Как во дворе наткнулась на полицию, окружившую три трупа возле их подъезда. Как взлетела по лестнице и в открытой квартире нашла только задыхающуюся от испуга Анфису Валентиновну, которая даже объяснить ничего толком не могла. Она несколько раз звонила Елене, но та была недоступна, и Женя вдруг отчетливо поняла, что никогда больше ее не увидит – Елена подставила ее, и теперь она, Женя, виновна в похищении девочки. А к вечеру приехал Сайгачев с молодым парнем, вошел в Женину комнату и негромко сказал, привалившись к стене плечом:

– Твое счастье, что ни с моей дочерью, ни с моей женой не случилось ничего страшного. Если не хочешь оказаться под судом за похищение ребенка, выкладывай все, что знаешь. На зоне таким, как ты, очень тяжело и физически, и морально. Не заставляй меня брать грех на душу и сдавать тебя в ближайшее отделение полиции. Я все знаю о твоей сестре, без тебя она обречена.

И Женя, захлебываясь слезами, рассказала все до последней мелочи, все, что смогла вспомнить. Сайгачев слушал ее, не перебивая, а молодой парень молча сидел на стуле у двери. Когда Женя закончила, Сайгачев встал и так же негромко сказал:

– Пока ты посидишь дома. Шума не поднимай – это не в твоих интересах. Это Вадим, – кивнул он в сторону парня, – он поживет в соседней комнате. Будет тебя кормить и охранять. Но сидеть будешь под замком. Все поняла?

– А… дальше? – боязливо спросила Женя, понимая, что не имеет права даже рот открыть и что-то возразить, иначе все, что сказал этот человек, он выполнит, а тюрьма не казалась ей хорошей перспективой.

– А дальше будет видно.

– Но… Лена… – пролепетала она, понимая, что сестра останется без ухода.

– За сестру не бойся.