После тебя только пепел

Поначалу сомневаюсь, что делаю все правильно, но… провожу руками по его животу, опускаясь все ниже, и нахожу подтверждение.

– Алена! – Каждая нота его тихого сдавленного голоса пропитана восхищением.

И раз уж договор все равно нарушен, то можно попросить помощи, не задумываясь о смущении. Это нужно ему так же, как и мне.

– Я не знаю, как это делать, – признаюсь я, сползая по его груди.

– Не давись и не кусай, – отзывается он, опуская ладонь мне на затылок.

Сжимаю руку в кулак. Твердость поражает. Что Мнац сегодня говорил о языке как о самой сильной мышце? Да неужели?

Провожу кончиком языка, бедра Мнаца превращаются в камень, ноги напрягаются. Власть и силу, которую я ощущаю в этот момент, тяжело представить. Смелость одурманивает. Раскрываю рот, вбирая в себя столько, сколько могу. Еще несколько движений вверх-вниз, и Мнац меня останавливает, обхватив ладонями лицо.

– Будет быстрее, чем ты думаешь.

– Это плохо? – недоуменно спрашиваю я.

Хмурю брови, не понимая, к чему он клонит. И что за странное выражение лица? Благоговение и неловкость. Разве так бывает? Бывает с Мнацем?

– Ты не поняла, – он медленно качает головой, его глаза не просто горят – пылают. – Вопрос в том, куда?

– Ты же эксперт. Какие варианты?

– Алена… – шумно выдыхает он. – Ты меня убиваешь.

– Да. Никакой бронежилет не спасет.

– Скажи, что делать?

– Продолжай, но как только я коснусь лица, поднимайся. Поняла?

Он послушно опускает веки, и я наклоняюсь ниже, упираясь одной ладонью в пол. Исследую губами и языком все неровности и вздувшиеся вены. Двигаю головой, напрягая спину. Между ног снова оживает тянущая пульсация, разливаясь волнами возбуждения. Дыхание сбивается, и я ускоряю темп, плотнее сжимая губы. Пальцы впиваются в щеку и тянут наверх. Резко вскакиваю и опускаю подбородок. Накрываю своей рукой ладонь Мнаца, мышцы на его животе сокращаются. Необычный вкус все еще пляшет на языке, смешивается с кислородом и поступает в легкие, вызывая слабое головокружение. Мнац хватает несколько салфеток из пакета, стоящего рядом, и вытирает мои ладони.

Я потеряна настолько, что не слышу собственных мыслей, но поддержка поспевает вовремя. Мнац обнимает меня и утягивает вниз, укладывая мою голову поверх своей груди. Сердце грохочет под ухом, нежный поцелуй касается макушки, и улыбка появляется на губах без команды от мозга. Он вне зоны доступа.

– Вау, – тихо произносит Мнац.

– Дважды вау, – шепотом отвечаю я.

Уютное молчание длится несколько минут. Пальцы Мнаца вырисовывают какие-то узоры или знаки на моей спине. Смотрю в окно и благодарю темную ночь за то, что она подарила нам обоим свое покровительство.

– Это было… потрясающе, – пораженно говорит Мнац.

– Не могу не согласиться, – отвечаю я и оставляю поцелуй на его груди.