После ссоры

Она берет перчатки, шарф и шапку, а я стараюсь отвлечься от мыслей о том, как она будет выглядеть в этих легинсах. Можно подумать, что мы собираемся в какую-то Антарктиду, хотя на улице и правда чертовски холодно.

– Тебе тоже обязательно нужны перчатки. Когда будешь падать на лед, руки жутко замерзнут, – повторяет мне она.

– Я не собираюсь падать… но куплю перчатки, раз ты так настаиваешь.

Я смеюсь, а она улыбается в ответ и бросает в корзину пару черных перчаток.

– У тебя есть шапка? – спрашивает она.

– Ну, лежит в багажнике та вязаная.

– Еще бы. – Она вынимает из корзинки шарф и вешает обратно.

– Передумала? – спрашиваю я."

"– Думаю, мне хватит всего остального, – отвечает она, показывая на набранную одежду.

– Да, действительно, – подшучиваю над ней я, но она не обращает внимания и идет к полке с носками.

Мы так всю ночь проведем в этом чертовом магазине!

Наконец Тесса говорит:

– Ну, думаю, теперь все.

На кассе она, как обычно, чертовски упрямо заявляет, что не надо за нее платить. Но ведь это свидание, и я ни за что не позволю ей платить самой. В ответ на мои аргументы она лишь пару раз закатывает глаза, а затем достает из кошелька несколько купюр – последних.

У нее мало денег? Если это так, скажет ли она мне об этом? Может, мне самому спросить? Черт, я слишком себя накручиваю.

Когда мы возвращаемся и подъезжаем к парковке у катка, Тесса уже готова выпрыгнуть из машины, но сначала нам надо переодеться. Пока я надеваю свои вещи, она, отвернувшись, смотрит в окно. Я предлагаю ей:

– Можем поискать уборную, переоденешься там.

Но она лишь пожимает плечами.

– Я думала одеться в машине, чтобы не тащить за собой все эти вещи.

– Нет, тут вокруг слишком много народу. Тебя кто-нибудь увидит.

Я оглядываюсь: на парковке почти никого нет, но все же…

– Хардин… все в порядке, – слегка раздраженно отвечает она.

Надо было стащить тот мячик для снятия стресса, который я вчера видел у отца на столе.

– Раз ты настаиваешь, – ворчу я, и она начинает срывать этикетки с обновок.

– Поможешь расстегнуть платье? – просит она.

– Э-э… да.

Она поднимает волосы, чтобы легче было найти молнию. Я снимал с нее это платье сотни раз, но сейчас впервые не смогу прикоснуться к ней, когда оно соскользнет с ее плеч.

– Спасибо. Подожди снаружи, – требует она.

– Что? Я же много раз… – начинаю возмущаться я.

– Хардин…

– Ладно. Давай побыстрее. – Я выхожу и хлопаю дверцей. Поняв, что мои слова прозвучали грубо, я быстро открываю дверь и добавляю: – Пожалуйста. – А потом снова ее закрываю.

Я слышу, как она смеется.

Несколько минут спустя она вылезает из машины, затем поправляет свои длинные волосы и надевает сиреневую шапочку. Когда она подходит ближе, я понимаю, что она выглядит… мило.