После ссоры

Не так я представляла нашу первую за это долгое время встречу. Я не вполне уверена, как именно она должна была бы пройти, но явно не так. Я думала, он устроит скандал и мы будем пытаться перекричать друг друга. Я точно не ожидала, что мы встретимся на заснеженной подъездной дорожке, спрашивая, как у кого дела. В мерцании огоньков, которыми украшены деревья вдоль тротуара, лицо Хардина светится, будто у ангела. Но это всего лишь иллюзия.

– Все в порядке, – вру я.

Он медленно оглядывает меня с ног до головы, отчего внутри у меня все обрывается, а сердце начинает бешено стучать.

– Я заметил. – Его голос подхватывает ветер.

– А ты, как у тебя дела?

Я хочу услышать, как ему ужасно плохо. Но он говорит другое:

– Тоже в порядке.

– Почему ты не позвонил мне? – быстро выговариваю я.

Может, это вызовет у него хоть какие-то эмоции.

– Я… – Он смотрит на меня, опускает взгляд на свои руки, а затем стряхивает с головы снег. – Я… был занят.

Его ответ разбивает последнее, на чем держался мой защитный барьер.

Крушащая все на своем пути боль едва не охватывает меня полностью, но ее место тут же занимает гнев.

– Ты был «занят»?

– Да… занят.

– Просто блеск.

– В смысле? – переспрашивает он.

– Ты был занят? Ты представляешь, через что я прошла за эти одиннадцать дней? Это был настоящий ад, и я познала такую боль, которую, мне казалось, никто не сможет выдержать, – и я думала, что тоже не перенесу ее. Я все ждала… ждала, как настоящая идиотка! – кричу я.

– Ты тоже не знаешь, что было со мной! Ты всегда думаешь, что тебе все известно – но ты ни хрена не понимаешь! – кричит он в ответ, и я отхожу на самый край дорожки.

Он точно сорвется, когда увидит, кто за мной приехал. И вообще, где, черт возьми, Зед? Уже пять минут девятого.

– Тогда скажи мне! Скажи, чем же таким важным ты занимался, раз не стал за меня бороться.

Я вытираю слезы и умоляю саму себя перестать плакать.

Мне так надоело все время плакать.

Глава 90

ХардинКогда она начинает плакать, мне становится намного труднее сохранять равнодушный вид. Я не знаю, что случилось бы, расскажи я, через какой ад прошел, какую невыносимую боль чувствовал, тоже не надеясь ее выдержать. Я думал, она бросится в мои объятия и скажет, что все хорошо. Она подслушивала, когда я разговаривал со Смитом, мне это известно. Как заметил этот несносный мальчишка, она грустная, но я знаю, чем все закончится. Если она меня простит, я устрою еще какую-нибудь хрень. Всегда так было, и я не представляю, как с этим покончить.

Единственный вариант – дать ей шанс быть с кем-то, кто ее заслуживает. Думаю, что глубоко внутри ее скрывается желание найти кого-то, больше похожего на нее саму. Кого-то без татуировок, без пирсинга. Кого-то без чертовски трудного детства и неконтролируемого гнева.