После развода: в постели с врагом

Чужие злые языки или мое бестолковое и уже раз обманутое сердце, которое умоляет хотя бы в этот раз поверить.

- Захар!

Дом был тихим, но не пустым. Я слышала какие-то звуки наверху и потому юркнула по лестнице в спальню Горина. На застеленной кровати ни следа чужого присутствия.

Душевая сухая и холодная, будто сегодня здесь никого не было.

Я уже потянулась к телефону, чтобы узнать у Захара, где он, как вдруг услышала шаги. Прямо за перегородкой, в кабинете Горина."

"Поразмыслив еще секунду - Захар никогда не приглашал меня в эту комнату, я все-таки решилась и толкнула дверь.

- Ты?!

Ко мне, радостно виляя хвостом, выбежала Герда. Она поставила лапы мне на бедра и попыталась облизать лицо.

- Тише. Да перестань, - пыталась увернуться от псины. Но куда там? - Герда, где хозяин? Куда ты его дела?

Собака на миг замерла, посмотрела на меня пугающе умными глазами и вдруг заскулила.

Протяжно и пугающе.

- Ну ты чего, - я почесала ее за ухом. - Небось в лес ушел, да, девочка?

Герда была со мной не согласна, она даже мотнула головой в сторону для убедительности. Этот жест мог показаться даже забавным, если бы я его заметила.

Но я не могла. Вместо этого я смотрела на стену напротив. Туда, где во всех ракурсах висели фото. Мои. Исмаилова. И нашего с ним сына - Давида.

Глава 39

Правду говорят, что некоторые двери лучше не открывать. Тайная комната из Гарри Поттера, чердак, где хранился портрет Дориана Грея или гардеробная Кэрри Брэдшоу - некоторым личностям туда лучше не заглядывать.

Очевидно, что моей «комнатой ужаса» стал кабинет Захара. Я не сама, так уж вышло, выбрала все это увидеть. Все эти листы, выписки, газеты, фото. Папки, разложенные по столу с разноцветными стикерами. Карты с какими-то отметками.

Сморщив нос, словно аромат предательства отдавал мерзким зловонием, я все же сделала шаг внутрь. Герда растянулась на полу у двери. В отличие от меня, простушки и полной дуры, она здесь была не единожды и прекрасно знала свое место.

А я нет.

Я глупо влюбилась. Но в кого?

Нина выставляла Захара мудаком, трахающим все, что только движется и имеет первичные половые признаки женщины и я была уверена, что это клевета завистливой и злобной бабы. Таких я уже встречала. Такие нравились моему мужу. Но в Горине я увидела совершенно иное и ошиблась.

Впрочем Нина ошиблась тоже.

Было страшно до дрожи, но я все таки открыла первую папку и мои глаза наткнулись на меня же. Фото трехлетней давности с того самого приема, на котором Тигран одарил свою любовницу рубиновым ожерельем. Улыбаюсь натянуто, глаза мертвые, губы бледные. Перелистываю фото и вижу заметку о разводе.