После развода. Новая семья предателя (СИ)

— Чего тебе?

А вот я дергаюсь, потому что он сейчас обратился ко мне даже не как к бывшей жене, а как к человеку, с которым он вынужден вступать в диалог, но будь у него такая возможность, то он бы жестко и бескомпромиссно выставил бы меня за дверь.

Я теряюсь от его прямого вопроса и не знаю, что сказать.

Спросить про Наташу?

Про непонятного Николая, который ответил на мой второй звонок?

Заявить, что я не могу оставить с ним Варю, пока он в таком состоянии, которое пугает нас всех.

— Лер, — Роман оглядывается.

И на меня смотрит не человек, а уставший и раздраженный хищник.

Зверь.

— Ром…

— Что? — голос глухой и низкий, а взгляд прямой и пронизывающий.

— Что с тобой?

Задаю я одновременно просто и сложный вопрос, на который Роман недоуменно вскидывает бровь. Я чувствую себя под его взглядом глупой дурочкой.

Он никогда прежде так на меня не смотрел.

Вот как чувствуют себя другие люди, когда он на них взирает со снисходительным терпением, которое может в любой момент лопнуть?

Слабыми и тупыми?

— Я вышел подышать, Лера, — отстраненно отвечает он.

Свет из кабинета, приглушенный шторами, заостряет черты лица Романа и углубляют тени под его глазами.

— Ты напугал Варю.

— С чего это вдруг? — усмехается. — Попросил ее убрать за собой? О, Лер, милая моя, я с ней был сдержанным и корректным.

Он сейчас на меня не кричит, а я плакать хочу. Хотя бы всхлипнуть и втянуть голову в плечи.

— Откуда она про Наташу узнала…

Быстрая тень пробегает по лицу Романа, и я замечаю, как вздрагивают его ноздри. Он весь напряжен, как натянутая пружина, будто перед дракой.

— Мне позвонили, Лер, и она услышала разговор с моим человеком, который должен был контролировать ситуацию с Наташей и ее тупой и наглой старухой.

— С твоим человеком? — уточняю я. — Я с ним, кстати, немного побеседовала.

— А это он зря, — усмехается Роман, и его усмешка походит на оскал. — Я не давал ему распоряжений с тобой беседовать.

— Да ты что?

— Да, — медленно кивает, не спуская с меня взгляда. — А я могу уточнить, какого ты черта звонила Наташе? М? Для чего, Лер? Поболтать, как с подружкой?

Он обвинит меня в том, что мой звонок мог спровоцировать на фоне стресса у Наташи выкидыш?

Или уже обвиняет?

— Хотела узнать ответы.

— Ты их узнала? — его голос вибрирует гневом.

У меня такое чувство, что Роман на грани помешательства и может в любой момент кинуться меня с кулаками.

— Узнала, что ты ее принудил силой.

Как он отреагирует на это обвинение? Возмутится, рассмеется или у него сорвет в мозгу предохранитель?

— Очень интересно, — цыкает. — Что еще?

— Ты это не опровергнешь?

— Ну, буду еще и насильником, — пожимает плечами и недобро щурится.