После развода. Бывшая любимая жена

И по идее, по-правильному, надо собраться с силами, и какой бы слабой я себя не считала, мямлей какой-то, надо собраться с силами и хотя бы выйти на работу, хотя бы разобраться с клиниками, с кадрами, с клиентами, с бухгалтерией, с юридическим отделом.

Адам привёз меня домой и, помявшись, потоптался у подъезда, не зная, что мне сказать, Я тоже не знала что можно говорить в такие моменты, поэтому вполне искренне призналась:

— Я очень хочу, чтобы мама пришла в себя

— Я тоже. — выдохнул Адам и качнул головой.

Домой заявилась внезапно и поэтому, увидев Машу, которая почему-то с заговорщицким видом стояла и к чему-то прислушивалась, тоже нахмурилась.

Держа внучку за руку, я двинулась в сторону источника шума и замерла возле кабинета Адама.

Его занимал Родион, была громкая связь.

— Да чтоб ты сдох, чтоб вся твоя семейка сдохла. — Кричали с той стороны. Я отчётливо слышала голос отца Даши.

— Сдохну, — холодно отвечал Родион. — Все мы когда-нибудь сдохнем.

— Да ты знаешь кто? Да ты вообще антихрист, как тебя земля носит? Ребёнка забрал.

— А что надо вашей шлюхе дочери его оставить? Для того, чтобы вырастила такую же беспринципную тварь, которая влезла и сломала несколько семей?

— Да пошёл ты, знаешь куда? Чтоб у тебя все померли вокруг, а ты загибался, понял? И бабка твоя скопытится!

— А я за это зубы пересчитаю всем. — и в голосе Родиона было столько яда, столько какой-то неразбавленной злости, что у меня мурашки шли по коже.

Маша не понимала ещё о чем шел разговор, поэтому просто подстраивалась под меня, видя, что я меняюсь в лице, она точно также хмурила бровки, либо приоткрывала ротик.

А меня просто парализовало при звуках голоса сына.

Таким Родиона я не знала.

Родион всегда немного рассеянный, весёлый, Смешливый.

Нет, сейчас в кабинете сидел не мой Родион.

Сейчас сидел в кресле Родион Адамович Завадский.

Я прижала Машу к себе и услышала визгливую ноту матери Даши.

— Мы на тебя в суд подадим и, знаешь, все отсудим, все отсудим. Ты пойдёшь на паперть. Ты столько лет мучил нашу дочь, ещё и внучку забрал. Ты пойдёшь на паперть."

"— Вперёд. — холодно, на выдохе, произнёс Родион, я привалилась плечом к стене, чувствуя, как у меня мурашки поднялись по всему телу. — Давайте суд, я буду рад. Я покажу прекрасные переписки вашей ненаглядной дочери, а ещё расскажу о том, как она, не постеснявшись никого, спала с моим братом. И тогда, думаю, процесс примет другой оборот.

— Да мы тебя сгноим, ещё потом будешь в тюрьме сидеть за то, что украл ребёнка.

— Я отец. Биологический, фактический. Я не могу украсть то, что принадлежит мне. А вот вам следует вещички собрать. И быстро свалить из моей квартиры. Время вам до вечера. В противном случае, вещи за вас будут собирать менты.