После

Какого черта?

– Я через минуту; только мне надо ее заселить, – бормочет Хардин и тянет меня за руку в свою комнату, прежде чем Джейс успевает что-то сказать.

Отпирает дверь, спешно заталкивает меня внутрь и закрывается.

– Я не хочу туда идти, – говорю я, когда он ставит мою сумку на пол.

– Ты не пойдешь.

– А ты? – спрашиваю я.

– Только на минуту. Я не останусь там надолго. – Он потирает шею.

– Почему бы тебе просто не сказать ему, что ты не хочешь? – спрашиваю я.

Для человека, утверждающего, что он не боится Джейса, Хардин слишком волнуется.

– Я же говорил тебе, ему трудно сказать «нет», – отвечает он.

– У него что, какая-то власть над тобой, что ли?

– Что? – Хардин вспыхивает. – Нет… он просто козел. И я не хочу проблем. Особенно для тебя. – Он делает шаг назад. – Я ненадолго, но я его знаю: если я с ним не выпью, он вернется сюда, и я не хочу, чтобы он был рядом с тобой, – говорит он, целуя меня в щеку.

– Хорошо, – вздыхаю я.

– Но мне нужно, чтобы ты осталась тут. Я знаю, не очень приятно спать, когда внизу грохочет музыка, но другого выхода не вижу.

– Хорошо, – повторяю я.

В любом случае не хочу никуда идти. Терпеть не могу вечеринки и уж точно не хочу видеть Молли, если она здесь.

– Я серьезно. Договорились? – мягко требует он.

– Я же говорю, все в порядке. Только не оставляй меня здесь надолго, – умоляю я.

– Не беспокойся. Мы завтра же подпишем документы на квартиру. Сразу после твоей работы у Вэнса. Я не хочу больше волноваться из-за всего вот этого.

Я тоже не хочу больше иметь дело ни с вечеринками, ни с моим тесным общежитием. Хочу есть на собственной кухне, а не в столовой, хочу жить свободно, как взрослый человек. Тратить время на кампус и жить там – только напоминать себе, что на самом деле я еще маленькая.

– Ладно, я скоро вернусь. Когда я выйду, закрой дверь и не открывай, у меня свой ключ.

Он быстро целует меня в губы и поворачивается к двери.

– Господи, ты себя так ведешь, будто кто-то собирается меня убить, – шучу я, чтобы снять напряжение, и он смеется в ответ, выходя из комнаты.

Я все-таки запираю дверь: меньше всего мне хочется сейчас иметь дело с пьяными, болтающимися по общежитию.

Включаю телевизор, надеясь заглушить шум снизу, но продолжаю думать о том, что происходит. Почему Хардин так боится Джейса и почему Джейс такой урод? Они опять играют в свою дурацкую «Правду или действие»? Что если Хардин сейчас смеется, целуя Молли? Что делать, если она по-прежнему сидит у него на коленях? Я ненавижу эту ревность, но ничего не могу поделать. Я знаю, Хардин спал и развлекался с разными девушками, включая Стеф, но мне не дает покоя только Молли. Может быть, потому, что она меня не любит и назло пытается подчеркнуть свои отношения с Хардином.