После

Решаю надеть свое любимое бордовое платье, несмотря на попытки Стеф предложить что-нибудь из своего. Бордовое платье красивое и консервативное, идеально для семейного ужина.

– Хотя бы надень кружевные колготки или разреши мне отрезать рукава, – вздыхает Стеф."

"– Хорошо, давай колготки. Платье не так уж плохо, к тому же облегающее, – защищаюсь я.

– Знаю, просто это скучно. – Она морщит нос.

Впрочем, когда я надеваю колготки и соглашаюсь на высокие каблуки, Стеф смягчается. Я до сих пор таскаю в сумке кеды, на всякий случай.

В шесть тридцать я осознаю, что меня больше волнует поездка с Хардином, чем собственно ужин. Я ерзаю и успеваю несколько раз обойти комнату, прежде чем Хардин наконец стучит в дверь. Стеф странно улыбается мне, а я открываю дверь.

– Ничего себе, Тесса, ты, хм, приятно смотреть, – бормочет он, и я улыбаюсь.

Когда это он начал мычать в каждом предложении?

Стеф провожает нас до дверей, подмигивает и восклицает, как гордый творец-родитель:

– Хорошо вам повеселиться!

Хардин показывает средний палец, но перед тем, как он захлопывает дверь, Стеф успевает ответить ему тем же.

Глава 46

К дому отца Хардина доезжаем довольно успешно. Из динамиков фоном звучит тихая музыка, и я замечаю, что Хардин сжимает руль чересчур сильно. Он очень напряжен, но я знаю, что, если бы он захотел, он бы заговорил со мной.

Выхожу из машины и поднимаюсь по лестнице. Еще светит солнце, и, на плюще, вьющемся вдоль стен, белеют цветы. Неожиданно хлопает дверь машины, и по тротуару стучат ботинки Хардина. Обернувшись, вижу его в нескольких шагах от себя.

– Ты что?

– Пойду с тобой, разумеется.

Он вздыхает и, сделав большой шаг, присоединяется ко мне.

– Правда? Я думала, ты не пойдешь.

– Да. А теперь давай войдем и проведем худший вечер в нашей жизни.

Его лицо перекашивает самая зловещая усмешка из всех, что я видела. Беру его под руку и звоню.

– Я не звоню, когда прихожу, – говорит он и дергает дверь.

Надеюсь, что это прилично, потому что это дом его отца, но все же мне неловко.

Заходим внутрь через холл и встречаем его отца. На его лице отчетливо видно удивление, но он ласково улыбается и подходит обнять сына. Однако Хардин уклоняется от объятий и проходит мимо. На красивом лице мистера Скотта мелькает смущение, но я оглядываюсь по сторонам, чтобы он не понял, что я видела его неловкий жест.

– Большое спасибо, что пригласили нас, мистер Скотт.

– Спасибо, что пришли, Тесса. Лэндон рассказывал кое-что о тебе. Он, кажется, очень тебя любит. Пожалуйста, зови меня Кен.

Он улыбается, и мы проходим в гостиную.

Когда я вхожу, Лэндон сидит на диване с учебником литературы на коленях. При виде меня он сияет, закрывает книгу, и я присаживаюсь рядом. Не знаю, куда делся Хардин, но рано или поздно он появится.