После измены. Доверься мне

Отполировала и без того идеальную поверхность компьютерного стола. Подняла клавиатуру, чтобы протереть под ней, и заметила фотографию. На ней были запечатлены совсем молоденькие парень с девушкой. Лет шестнадцати не больше.

Зависла ненадолго, пялясь на снимок.

Этот парень…

У него была чарующая красота. Необычайная.

Магия какая-то.

И все из-за его пронзительно синих глаз, обрамленных длинными темно-русыми ресницами.

Они приковывали к себе взгляд даже, казалось бы, с бездушного снимка. Смотрели прямо в душу и видели тебя насквозь.

""Если бы мне попался такой парень в шестнадцать лет, я бы на месте этой девчонки опасалась за свое глупенькое сердечко"", – пронеслось в моих мыслях.

А затем кто-то неестественно прочистил горло. Прямо у меня за спиной.

Затылок прожег острый чужой взгляд. Колючий холодок с макушки пополз вдоль позвонков.

Со снимком в руках я медленно развернулась и, судорожно сглотнув, впала в оцепенение.

Все потому что я напоролась на изучающий взгляд молодого человека, возвышающегося передо мной.

Хозяина комнаты, должно быть. Сына той милой женщины и… обладателя тех самых пронзительно синих глаз.

Только выглядел он несколько иначе, чем на снимке. Гораздо взрослее. Лет на десять.

На нем была одета белоснежная рубашка с закатанными по локоть рукавами и строгие брюки.

Смуглая кожа выгодно оттеняла синеву в его взгляде, за счет чего тот становился чуть жестче. Еще выразительней.

Хотя, казалось бы, куда еще выразительней?

И он с прищуром взирал на меня. Заглядывал в душу. Выжигал. Испепелял ее, не иначе.

Я словно угодила в капкан. Не понимала, что со мной происходит и почему конечности не двигаются.

Как пришибленная я пялилась на парня, руки которого сплошь были покрыты мрачными татуировками.

– Положи фотографию на место, – попросил он, удерживая меня цепким взглядом и делая выразительные паузы между словами. С железобетонным спокойствием.

Выбралась из состояния оцепенения и сделала как велят – суматошно подложила снимок под клавиатуру. Дрожащими пальцами выровняла ее аккуратно, схватила тряпку и в неловкости скрутила ее в узел.

– Простите… я… просто протирала пыль. Извините.

Безразличие. Ему было плевать на мои оправдания.

Он склонил голову набок и спросил:

– Ты новенькая?

– Нет, меня вызвали вместо Людмилы Валерьевны. У нее дочка приболела и она не смогла прийти, – тараторила я, избегая его глаз. Они казались засасывающими воронками.

Хозяин комнаты понимающе кивнул и наконец отошел от меня к комоду. Выдвинул ящик с полотенцами.

Только тогда я смогла выдохнуть. Все это время я не дышала вовсе.

– Ясно. Можешь приступать к другой комнате. Здесь тебе делать больше нечего, – тактично прогонял он меня со своей территории.