После измены. Доверься мне

 – У него папаша федеральный судья, а мать в прошлом прима балета. Мировая знаменитость, чтоб ты понимала.

Надо же… Уже и справки навел. Шустрый какой.

– Ну и зачем мне эта информация? – заломила я вопросительно бровь.

– А баб ты его видела? – Денис не оставлял попыток унизить меня еще больше, смешать с грязью. – Там же сплошь рафинированные модели с ногами от ушей! Одна лучше другой! – произнес он с восторгом, с затаенной завистью. – А ты на себя в зеркало давно смотрела? Где они, а где ты?

А вот это уже обидно…

Да, я не считала себя раскрасавицей, но и до уродины мне далековато.

Нельзя сказать, что я забила на себя.

Нет, я ухаживаю за собой. Настолько, насколько возможно ухаживать за собой в домашних условиях.

И фигура у меня довольно неплохая. Вот только ревность Дениса не знает границ.

Его патологическая ревность вынудила меня полностью сменить свой гардероб. От греха подальше.

Так на замену топикам и узким джинсам пришли бесформенные костюмы и футболки оверсайз. Рабочая униформа со временем заместила юбки и платья.

Так туфли с босоножками потеряли свою актуальность. Их вытеснили кеды и балетки.

А волосы…

Стоило только распустить свои волосы, как мне тут же прилетало от Дениса: ""Ну и куда это ты так накрахмалилась?""

Проще было собрать волосы в шишечку, нежели тратить свои нервы на выслушивание очередного бреда, доходящего до абсурда.

– Это он еще знает о твоих проблемах с законом! – с триумфальной улыбкой на лице Денис глумился надо мной.

Он решил добить меня. Довести до слез, затрагивая больную тему. Жаля до самого нутра. Порождая к себе ненависть. Настолько жгучую, что сердце покрывалось черной сажей."

"– Но если узнает, даже срать рядом не сядет с такой, как ты! Понимаешь, к чему я веду? – издевательским тоном обливал помоями.

В глазах тотчас запекло и в горле разросся слезный ком, препятствующий дыханию.

Грудную клетку сдавило страшно. Ни вздохнуть, ни выдохнуть. Больно, словно легкие проволокой колючей перетянули.

А руки так и чесались огреть Дениса чем-нибудь тяжелым по башке.

Да вот только на глаза не попадалось ничего, кроме каких-то бумажек и фантиков от шоколадных батончиков, которыми было усыпано заднее сиденье.

– Свинья! Ненавижу тебя! Останови машину сейчас же! – выпалила я остервенело, подавляя в себе желание вцепиться ногтями в его рожу наглую.

Не намерена я терпеть подобные унижения.

Достало! Поперек горла уже!

И ведь знал же, куда надавить, потому и давил безбожно. Знал, куда бить, чтобы вывести меня из себя!

Чертов провокатор!

– Ага! Разбежался прям! – загоготал громогласно, аж прожилки завибрировали. Следом Денис покосился на соседнее сиденье, зубы сцепил.