Пошел вон, Чернов!

— Нет, спасибо, — усмехаясь, провожу по волосам.

Мы на кухне, между нами стойка, как стена. Слава не позволяет мне съесть ее. А у меня внутри всё кипит. Мое возбуждение затмевает даже новость о том, что Влад не мой сын. И то, что это все произошло стараниями одного старого мудака. Конечно, хочется разнести к херам всех, кто к этому причастен. Но я дал слово Кошке, что не буду этого делать. А мне сейчас, когда она со мной, вообще нельзя косячить. Поэтому я, как настоящий подкаблучник, сижу смирно и жду, когда меня подпустят к желанному телу.

— А ты вообще, чем здесь питаешься? — интересуется Слава, размешивая соль в еще одной порции сока. — У тебя в холодильнике мышь повесилась.

— Тебя ждал, когда ты вернешься и накормишь меня, — подмигиваю ей.

— А если бы я не вернулась? — хитро прищуривает глаза.

— Я бы тебя вернул.

— Самовлюбленная сволочь, — кидает в меня салфеткой.

— Наелась? — поднимаюсь с барного стула. У меня руки трясутся от желания прикоснуться к любимой женщине.

— Тихо. Стой! — со смехом слетает со стула, убегая от меня в гостиную.

Иду за ней.

— Ну мне что, бегать за тобой, что ли? Пожалейте меня, госпожа, у меня же давление подскочило, аж в глазах темнеет. Что за сексуальный бойкот?

Как она вообще себе это представляет?

Как можно не трогать её, такую сладкую?

— Чернов, держи себя в руках! — выставляет руки, не подпуская меня к себе.

— А на хрен я должен это делать?

Хватаю её за руки, дергая на себя.

— Ты маньяк! — со смехом пытается увернуться, когда я почти насильно снимаю с нее толстовку. А там прозрачный, ничего не скрывающий бюстгальтер. И ведь сама хочет, зараза такая. Мурашками покрывается, соски наливаются и торчат, упираясь в кружево.

— Да, сексуальный, — хриплю ей в шею, заламывая сопротивляющиеся руки назад. — Кошка! — рычу ей в шею, кусая нежную кожу. — Прекрати, или я реально сейчас тебя изнасилую.

— Чернов! — всхлипывает, когда я сжимаю её грудь. — Руслан, послушай меня, — снова уворачивается, когда я пытаюсь ее поцеловать.

— Давай я после обязательно тебя внимательно послушаю, — оставляю засос на ее шее. — У меня такой стояк, — подаюсь бедрами, позволяя ей почувствовать весь масштаб трагедии. — Аж уши закладывает, — пытаюсь стянуть с неё штанишки.

— Чернов, я беременна! — выдает она, снова пытаясь увернуться.

— Малыш, давай ты оставишь свои отмазки… Что ты сейчас сказала?! — отстраняюсь от нее, заглядывая в зеленые глаза.

— А что ты услышал?

— Повтори.

— Я беременна, Чернов. Немного больше месяца.

— От кого?

Да верю я ей, что она не спала с Коганом и вообще ни с кем, кроме меня. Моя Кошка, в отличие от меня, чистая девочка. Просто я в шоке.

— Ты сейчас по морде получишь! — психует Слава, отходя от меня подальше.

— Прости, не то ляпнул, — снова иду на неё.