Пощадить – погубить, или Игры мужскими судьбами

– А почему, собственно, я должна ждать тебя из тюрьмы? – Моему возмущению не было предела.

– Вот и я про то же.

Сама не знаю, что на меня нашло, но этой ночью мы занялись любовью в воде и это было просто волшебно.

К избе мы возвращались молча. Каждый думал о чём-то своём. Я думала, что чем быстрее я избавлюсь от Владимира, тем будет лучше. Меня пугала сексуальная зависимость от человека, которого я ненавидела, и который пытался перечеркнуть всю мою жизнь, подчиняя её собственным интересам и задачам.

Когда мы вошли в дом, то увидели на столе продукты, привезённые дедом Семёном. Он успел не только выгрузить всё на стол, но и допить наш коньяк…

– Дед Семён заходил, – почему-то обрадовался Владимир и отломил себе горбушку свежего хлеба.

– Может, съешь что-нибудь? Хлеб вкусный, как я люблю. Свежий, мягкий, воздушный… Там пекарня своя. У них выпечка всегда отличная.

Я отщипнула от булки кусочек.

– Действительно вкусный.

– Может, сготовишь что назавтра? Супец какой-нибудь. Утром подкрепимся и пойдём рыбачить.

Я смотрела на улыбающегося Владимира несчастным взглядом и сдерживала себя, чтобы не отвесить ему хорошую пощёчину. Мне было сложно его понять. Он действительно законченный идиот или просто издевается. Что-то подсказывало мне, что и то и другое.

– Тебе что, западло готовить?

– А жрать ты что собираешься?! – вспылил Владимир.

– Ничего! – Я чувствовала, что у меня начинается истерика. – Я не скотина, чтобы жрать. Понятно тебе?!.

– Здесь ты все делать будешь. А то ты, наверное, привыкла в ресторанах есть. Теперь придётся про это забыть. Я тебя у плиты поставлю. Если не умеешь готовить, то научишься. Ты у меня ещё в огороде работать будешь. Я тебя раком на грядках заставлю пахать.

– Что?! – От возмущения я стала жадно ловить ртом воздух, словно рыба, выкинутая на берег.

– Ты когда в аварию попал, точно умом тронулся, – заметила я, закипая от злости.

– Хорошо. Если ты не хочешь готовить сегодня, то будешь готовить завтра, – с презрением произнёс Владимир, засовывая продукты в маленький послевоенный холодильник. Я была очень удивлена, что такие холодильники ещё существуют и работают, а не выброшены на помойку.

– Я хочу домой, – на свой страх и риск прошептала я, ощущая, как на глаза выступают слёзы.

– А я не хочу это слышать! – отрезал Владимир и, бесцеремонно сняв трусы, плюхнулся в кровать, кивком предлагая мне лечь рядом.

– Сейчас иду, только окно закрою, а то комары налетят.

Сделав вид, что смирилась со своей участью, я подошла к окну и, опершись о стул, залезла в карман висящих на нём брюк. Резким движением достав оттуда пистолет, я направила его на Владимира и процедила сквозь зубы:

– Я столько раз предлагала отпустить меня по-хорошему, но ты не хотел. Теперь получай по-плохому.