Поселок

— Он сомневается в правдивости слов благородного офицера стражи, — сказал Спел, глядя в потолок. — Мне придется вернуть его в камеру пыток.

— Погоди, брат, — сказала Гера. — А почему он умер?

— Он был худой и больной. Вы не были в нижних ярусах. Там нельзя прожить и одного дня.

— А ты знаешь, когда он ушел отсюда? — спросила Гера.

— Нет.

— Больше трех десятков дней назад.

— А чего же вы его не выручили?

— Директора решили, что он должен умереть, потому что нарушил закон, — сказал Спел, кривя маленький красивый рот.

— Он был инженером, — сказала Гера. — Его бы не тронули, если бы не Мокрица. Мокрица боялся Леменя. Тебе этого не понять.

— Не понять, ваша милость? — удивился Крони. — А меня здесь считают чуть ли не за главного заговорщика.

— Не хвались, трубарь, — сказал Спел. — Ты — скот.

— Мы — скоты, — разозлился Крони, — потому что нас держат взаперти. Мы грязные, вонючие, вшивые, с нами разговаривать не хочется, мы не видели книг, и, если бы нас пустить в вашу прекрасную комнату, госпожа, мы сорвали бы со стен всю эту материю и разорвали ее на платья нашим женщинам, которых мы бьем и с которыми обращаемся как со зверями. Но виноваты в этом ваши отцы и ваши деды. Это они отняли у нас Город Наверху, где светло, где текут большие реки и можно мыться каждый день. Там мы ничем бы не отличались от вас.

— Чепуха, — сказала прекрасная Гера Спел. — Мы родились от разных предков. Ваши предки были как черви, копались в грязи. Мы не можем стать одинаковыми.

— Постой-ка, — произнес вдруг Спел, выпрыгивая из кресла. — Погоди, как, ты сказал, зовут твоего инженера, который вбил тебе в голову эти мысли?

— Инженер… Зачем тебе знать, стражник? Ты его не поймал. И не поймаешь.

— Рази, — подсказала Гера. — Конечно, это чудак Рази. Ты помнишь его? Он приходил с Леменем. Ты знаком с Рази, трубарь?

Крони не ответил.

— Вот кому он отдал пистолет! — воскликнул Спел. — Мокрица дорого бы дал за эту весть.

— Забудь о своем Мокрице, — прервала его Гера. — Ты как маятник часов. Ты всегда был такой. Ты бежал к отцу выпрашивать сладости за то, что подсмотрел у нас с покойной сестрой, а потом бежал к нам и говорил, что отец обо всем знает.

— Не обвиняй меня в детских грехах, сестра, — улыбнулся Спел. — Ты хочешь, чтобы я рассказал трубарю о твоих? Он и так слишком ученый. Когда все трубари станут такими, нам с тобой придется вместо них чистить нужники. Твоим ручкам это вредно.

— Когда меня мучил Мокрица, когда отец забыл обо мне, ты мне помог? Ты меня спас? Ты трепетал за свою драгоценную шкуру.

— А кто вытащил Леменя и помог ему убежать?"

"— Помог, потому что Лемень тоже кое-что знал о тебе.

— И этого трубаря я спас. И привел сюда, — маленький рот Спела дергался как от боли.

— Ваша милость, — вмешался в спор Крони.