Поручик Империи

Нет, конечно, железом каленым не прижигали. Но вопросами буквально засыпали. И записывали. Блин. ЗАПИСЫВАЛИ! Так что ушел он из этой комнатки только два часа спустя. Да и то лишь потому, что заявилась мадам Гедройц и попыталась мобилизовать болтушек на какие-то работы. А он, воспользовавшись случаем, улизнул.

Максим шел по коридору. Укол кокаина немало облегчил боли. Но в голове творился натуральный ураган. Поручик пытался осознать последствия своего длинного языка. Ну ладно. Осудил действия Августейшей фамилии. Дурак. Но не так уж и публично, так что, если слухи дойдут, – будет от всего отмахиваться. Дескать, не было ничего, не было. А вот кто его просил обсуждать вопрос здоровья Цесаревича? Эти бабы прям стойку сделали, услышав первые аккорды темы. Все до единой. Хотя он их мог понять. Наверняка знатные аристократки, взалкавшие укрепления своего общественного положения. Вопрос в другом. Как на его судьбу это повлияет? Но так ничего фатального и не найдя в своей болтовне, он добрел до своей постели и завалился на нее.

Кокаиновый трип давал о себе знать. Это был хоть и рискованный, но лучший вариант в текущей ситуации. Максим прекрасно знал о том, какую роль наркотические средства играли в XIX и первой половине XX века. Не только на волне модного увлечения элит, но и как общеупотребимое обезболивающее средство. Особенно опиум. Его ведь применяли не только во время операции, но и после. А значит, что? Правильно. Большая часть боевых офицеров выходили с лечения опиумными наркоманами. Из-за чего немало командиров к генеральским погонам превращалось в угрюмых типчиков с угнетенными опиумом мозгами. Тупые? Глупые? Нет. Просто наркоманы. Из-за чего удивительно безынициативных офицеров в Русской Императорской армии хватало. И чем выше уровень, тем больше их становилось.

Да чего и говорить, если даже такое явление, как декаданс, был плодом доминирования опиумных наркоманов и откровенных алкоголиков в культурной элите. Проблема была массовой. Можно сказать – тотальной, системной.

Но не опиумом единым. Тот же генерал-адмирал Великий князь Алексей Александрович был Марадоной Русского Императорского флота в плане потребления кокаина. Только тратил всю свою энергию на женщин, а не на корабли. А военный министр Сухомлинов? Вся его карьера говорила о продолжительном кокаиновом допинге. Хотя, впрочем, настоящий расцвет кокаина наступил во время революционного угара 1917 года, дав настоящий всплеск позитивным эмоциям и невероятно бурной деятельности. Зачастую предельно глупой и бестолковой, но энергичной до невероятности…

Максим же, выбирая между опиумом и кокаином в обезболивании, остановился на последнем, посчитав его меньшим из зол. Имелись определенные риски. Но поручик надеялся, что выдержит это испытание.