Секретные поручения

Говорил: «Писюган из прокуратуры приходил». Как его звать-то?

Пэ, пэ. Петров? Пирогов? Пистонов? Петренко?

Петровский. Хорошо, пусть Петровский. Какой-то Петровский допрашивал ее по поводу дня рождения у Газика Димирчяна. Высокий и худой Петровский. Где же он сидит, в какой прокуратуре-то? В областной? Городской? Районной? И сколько в Тиходонске районов?

Много. Хоть заешься.

Но это не страшно. Ведь есть телефон в конце концов, есть именной электронный справочник на главпочтамте, есть список организаций, всего шесть тысяч за справку. И никаких очередей.

И что потом сказать ему?

Здравствуйте, мы с вами не знакомы, но я девочка хоть куда и сколько хочешь, желаю капнуть на своего дружка, который затрахал меня в жопу.

Здравствуйте, я говорю из таксофона, у меня нет времени, за мной по пятам гонится мой бывший дружок, который проходит по одному из ваших дел. Мне нужно срочно сообщить вам нечто важное.

Здравствуйте, я располагаю информацией по делу Есипенко, мне нужно встретиться с вами на нейтральной территории, я готова даже подписать протокол, если вы гарантируете мою безопасность… И если обещаете не трахать меня куда попало."

"Машино лицо светилось на подушке, словно китайский фонарик. Она знала, что найдет его. Худого и высокого.

* * *— Проша, тебе приходилось когда-нибудь слышать, чтобы в кафе подавали наркотики?

Проша важно поправил на носу очки. Он не обиделся, потому что знал: речь идет не о «Космосе» конкретно и не о нем самом. Он уже привык, что за его стойку присаживаются следователи горпрокуратуры в мятых пиджаках, с явными следами недосыпа на лицах — и задают ему разные неожиданные вопросы.

Проша ответил, взбивая в чашке кофейную пенку:

— Даже по телевизору видел. Про «Коломбо», кажется.

— «Коломбо» меня не интересует, — сказал Денис. — У нас, в Тиходонске — слышал?

Перед ним на стойку опустилась чашка крепкого двойного кофе. Проша взял переполненную пепельницу, высыпал окурки в мусорное ведро, поставил обратно.

Денис угостил его сигаретой.

— Наркотики, — сказал Проша, доставая из пачки хрустящую «гитану», — это вещь, с которой очень трудно бороться. Наркотики, есть везде и всегда. Были и будут…

— Да, — нетерпеливо произнес Денис. — Так слышал что-нибудь или нет?

— Легче отучиться есть, пить и жить половой жизнью, чем бросить это дело. По себе знаю.

Денис промолчал.

— А люди… они везде одинаковы: что в Москве, что в Боготе, что в Тиходонске, — продолжал Проша. — И если кому-то нужна наркота, он ее найдет.

— Что ты хвостом крутишь? — психанул Денис. — Я тебя что, допрашиваю? А кстати, если бы допрашивал, то у тебя сразу хвост отвалился бы!

— Про отваленные хвосты я ничего не слышал, — дипломатично ответил Проша. — А вот про отрезанные языки — приходилось. Или про открученные головы.