Секретные поручения

— Не надо, — сказал Денис.

Он наклеил на угол между косяком и дверью две широкие полоски бумаги, где стояла его личная печать и подпись.

— Если кто-то захочет сюда войти, плевать ему на твои бумажки, — скептически заметил Паршнов.

Денис посмотрел на него:

— Он бы десять раз уже вошел и вышел. Не дожидаясь нас.

* * *Телефон на столе зазвонил. Степанков не торопился поднимать трубку. Что там на этот раз?.. Он смотрел на обтекаемый корпус «Панасоника», представляя течение заряженных частиц, приводящих в действие это сложное устройство. Представлял тонкий электрический ручеек, что прорвался внутрь красивого аппарата через опущенные шлюзы электроцепи, и теперь закручивается, закручивается воронкой… А откуда он прибежал? Где берет свое начало, на чьем столе?

Четвертый раз.

«Если позвонят в седьмой, значит, — кто-то из своих», — подумал Степанцов.

Пять, шесть. Семь. Прокурор снял трубку с рычага.

— Алло.

— Здравствуй, Владимир Иванович. Байдак беспокоит. Боюсь, тебе пришлось бежать от самой уборной.

Степанцов пообещал себе, что в следующий раз дождется десятого сигнала.

— Ничего страшного. Ты бы мог позвонить мне домой, Дмитрий Павлович. После шести.

— После шести будет поздно, — сказал Байдак.

— Что случилось? — Степанцов почувствовал смутную тревогу. — Впрочем, нет, давай… ты мне позвонишь домой вечером, и мы все обсудим.

— Я же говорю: поздно будет, Владимир Иванович. Лялечка купила утром свежего леща и потрясающего французского вина. Ну и водка, конечно, в холодильнике замерзает. Рыба уже в духовке, через два часа дойдет. Ляля обещает что-то совсем из ряда вон… Это она для тебя старается, Владимир Иванович. Ну и для Нины, конечно. Приходите на ужин, не пожалеете.

Прокурор переложил трубку в правую руку, вытер левую о брюки.

— Я хотел сегодня задержаться на работе, — соврал он по привычке, как врал обычно жене.

— Плюнь, — веско сказал Байдак.

— Да к чему все это, Дмитрий Павлович: лещ, французское вино, то-се?.. Зачем?

Праздника никакого нет, дня рождения тоже.

— Я не люблю громких слов, ты знаешь. Лялечка очень благодарна тебе за тот звонок. Я — тоже. Ну и Родик… Вроде бы как у него все налаживается. Есть еще пара вопросов, вполне решаемых, на мой взгляд…

«Но решать их придется мне», — мысленно добавил Степанцов.

— Хорошо. Все. Я понял, — быстро сказал он. — Мы с Ниной подойдем к половине седьмого.

— Ну и прекрасно.

Едва прокурор успел положить трубку, как в дверь постучали. Это Петровский и Лопатко. Петровский побывал у Есипенко на квартире, звонил оттуда: дело принимает дурной оборот. Куда еще дурнее…

— Так что вы там затеяли? — спросил Степанцов, поднимаясь из-за стола. — Ездите везде, людей пугаете… Вдвоем, как эти… Эскадроны смерти.