Портрет Дориана Грея

Дориан покачал головой.

— Дурной знак, Гарри. Я чувствую, с кем-то из нас случится что-то ужасное. К примеру, со мной, — добавил он, с видом страдальца проводя рукой по лицу.

Лорд Генри захохотал:

— Дориан, самое ужасное в нашем мире — уныние! За этот грех нет прощения. Но оно вряд ли грозит нам, если только наши приятели не станут судачить о происшествии за ужином. Я предупрежу их, что данная тема — под запретом. Что касается знаков, то их не существует. Судьба не посылает к нам вестников. Для этого она слишком мудра — или слишком жестока. Да и что может с тобой случиться, Дориан? У тебя есть все, о чем только можно мечтать. Любой был бы рад поменяться с тобой местами.

— Я готов поменяться местами с кем угодно, Гарри! Не смейся, я говорю правду. Несчастному крестьянину, который только что погиб, куда лучше, чем мне. Самой смерти я не боюсь, меня ужасает ее близость. Мне чудится, будто чудовищные крылья смерти уже описывают вокруг меня круги в свинцовом небе. Боже мой! Разве ты не видишь, что за деревьями кто-то прячется? Он следит за мной! Он меня поджидает!

Лорд Генри посмотрел в направлении, куда указывала дрожащая рука в перчатке.

— Да, — заметил он с улыбкой, — я вижу поджидающего тебя садовника. Полагаю, парень хочет спросить, какими цветами украсить стол к ужину. Ты до смешного изнервничался, дорогой мой! По возвращении в город покажись врачу.

Разглядев садовника, Дориан вздохнул с облегчением. Слуга приподнял шляпу, неуверенно покосился на лорда Генри, достал письмо и протянул его хозяину.

— Ее милость велела дождаться ответа, — пробормотал он.

Дориан положил письмо в карман.

— Скажи ее милости, что я уже иду.

Садовник поспешно направился к дому.

— До чего женщины любят совершать рискованные вещи! — рассмеялся лорд Генри. — Это их качество меня особенно восхищает. Женщина способна флиртовать с кем угодно, если только есть зрители.

— До чего ты любишь говорить рискованные вещи, Гарри!.. В данном случае ты заблуждаешься. Герцогиня очень мне нравится, но я в нее не влюблен.

— А герцогиня очень в тебя влюблена, но ты ей не слишком нравишься, поэтому вы отличная пара.

— Гарри, оставь свои инсинуации! Для них нет ни малейшего основания.

— Человеческая разнузданность — основание для любых инсинуаций, — заметил лорд Генри, закуривая папиросу.

— Гарри, ради удачного парадокса ты пожертвуешь кем угодно!

— Люди приносят себя в жертву и без моего участия, — раздалось в ответ.

— Как бы я хотел полюбить! — прочувствованно воскликнул Дориан. — Боюсь, я утратил эту способность и разучился испытывать влечение. Я целиком сосредоточен на себе. Собственная личность стала для меня обузой. Я хочу сбежать, скрыться, забыть. Глупо было приезжать сюда.