Портрет Дориана Грея

— Глэдис, вы выбили оружие из моих рук! — вскричал он, заражаясь ее своенравным настроением.

— Я выбила у вас щит, Гарри, но не копье.

— Никогда не подниму его против Красоты, — сказал он, делая галантный жест.

— В этом-то ваша ошибка, Гарри, уж поверьте. Красоту вы цените слишком высоко.

— Как можно так говорить? Право слово, лучше быть красивым, чем добродетельным. С другой стороны, я как никто готов признать, что куда лучше быть добродетельным, чем невзрачным.

— Выходит, невзрачность — один из семи смертных грехов? — удивилась герцогиня. — Вы ведь только что приравнивали к ним красоту орхидей.

— Нет, Глэдис, невзрачность — одна из семи смертных добродетелей. Вы, как истая тори, не имеете права их недооценивать. Пиво, Библия и семь смертных добродетелей сделали нашу Англию тем, что она есть.

— Значит, вы не любите свою страну?

— Тем удобней вам ее осуждать!

— Не хотите же вы, чтобы я присоединился к вердикту Европы?

— И что про нас говорят в Европе?

— Что Тартюф эмигрировал в Англию и открыл магазинчик.

— Гарри, это ведь ваше изречение?

— На что оно мне? Слишком похоже на правду.

— Не бойтесь. Наши соотечественники не смогут узнать в нем себя.

— Им свойственна практичность.

— Скорее, ловкость в делах. Сводя баланс, глупость они уравновешивают богатством, а пороки — ханжеством.

— И все же мы совершили великие дела!

— Скорее нам их навязали, Глэдис.

— Мы несем за них груз ответственности!

— Не дальше фондовой биржи.

Герцогиня покачала головой:

— Я верю в нашу нацию!

— Она олицетворяет выживание самых нахрапистых.

— Ей свойственно развитие!

— Упадок завораживает меня куда больше.

— А как же искусство?

— Модная замена убеждениям.

— Ни в коем случае! Ведь скептицизм есть начало веры.

— Определения суть ограничения.

— Дайте мне путеводную нить!

— Нить порвется. И вы заблудитесь в лабиринте.

— Вы совсем меня запутали! Давайте поговорим о ком-нибудь другом.

— Хозяин поместья — дивная тема для беседы. Некогда его прозвали Прекрасным Принцем.

— Ах, даже не напоминай! — вскричал Дориан Грей.

— Наш хозяин сегодня такой несносный! — заметила герцогиня, заливаясь краской. — Похоже, он полагает, что Монмут взял меня замуж исключительно из научного интереса, видя во мне наилучший экземпляр современной бабочки.

— Надеюсь, герцогиня, он не вздумает втыкать в вас булавки! — рассмеялся Дориан.

— А, этим обычно занимается моя горничная, когда я ее раздражаю.

— И чем же вы ее раздражаете, герцогиня?

— Да сущими пустяками, мистер Грей, уверяю вас. По большей части тем, что прихожу без десяти девять и говорю, что мне нужно быть одетой к половине девятого.

— Как это неразумно с ее стороны! Вам следует сделать ей предупреждение.

— Куда уж мне, мистер Грей.