Порожденная грехом. Часть 2

Моя жизнь кардинально изменится, когда мы с Марселлой воссоединимся. Она уже изменилась в тот момент, когда я предал свой клуб и убил Эрла. Я еще не знал, как все сложится, как будет выглядеть наша жизнь через пять лет, но я знал, что хочу быть с Марселлой. Это все еще была шокирующая мысль, о которой я никогда не задумывался. Но Марселла изменила все, в какой-то степени даже меня самого.

— Ты мог бы возглавить новый «Тартар», знаешь ли? — тихо произнёс Гуннар, шокировав меня.

— Ты сам сказал, что я сжег большую часть того, чем был «Тартар», и убил не только Эрла, но и других байкеров. Сомневаюсь, что я получил бы много голосов, если бы выдвинул себя в президенты. Они бы повесили меня на ближайшем дереве.

— Они могли бы, или ты мог убедить их, что хочешь создать что-то лучшее.

Я усмехнулся и слез с байка.

— Гуннар, ты держал меня на мушке, потому что не доверял мне. Эти ребята знают меня еще меньше, и все, что им известно об мне, это слухи о моем предательстве и убийстве Эрла. Они не станут слушать, просто застрелят меня, и я даже не могу их винить.

Гуннар пожал плечами.

— Я бы подумал о том, чтобы отдать тебе свой голос. Мне не нравится, как ты вел дела, не нравится, что ты запал на итальянскую принцессу, но думаю, что ты мог бы стать отличным президентом.

Я снова покачала головой. Я всегда хотел быть презом «Тартара». Долгое время я отбрасывал эту мысль, потому что Грей был законным наследником Эрла, а теперь мне пришлось отбросить ее снова. Быть президентом мотоклуба, особенно «Тартара» с его предысторией, и являться мужчиной на стороне Марселлы (а я чертовски хотел быть мужчиной на ее стороне) невозможно.

— Подумай об этом. Здесь есть и более красивые девушки. Быть может, даже красивее, чем итальянская принцесса.

Я бросил на него сомневающийся взгляд.

— Возможно, не красивее. Но они бы подошли.

Я подошел к Гуннару и похлопал его по плечу.

— Спасибо. Но дело не только в ее внешности. Марселла королева, и я не подозревал, что нуждаюсь в ней в своей в жизни. Нет никого, кого бы я хотел, чтобы меня водили за яйца. — я взглянул на хижину и заметил три головы, наблюдающие за нами через заляпанные грязью окна. Готов поспорить, что у каждого из этих парней в руке был пистолет. — Грэй там?

— Внизу по склону есть небольшой ручей. Он ходит туда, когда ему нужно подумать. — Гуннар остановил меня, положив руку на плечо. — Мальчик потерял не только отца, но и брата.

— Он не потерял меня.

— До нескольких минут назад он этого не знал и, возможно, до сих пор не знает. Ты можешь быть его врагом. Может, я дурак, раз думаю, что ты не мой враг тоже.

— Я не твой враг, Гуннар, и уж точно не враг Грея.

— Тогда скажи ему. Пацан потерян.

Я подавил чувство вины. Мои решения повлияли не только на меня. Они повлияли и на Грея.