Пороки и их поклонники

Двух приличных и скучных джентльменов из “Радости”? Почему?"

"Кто приходил к ней накануне и пел хором? Вряд ли в дело замешаны несколько “религиозных организаций”, значит, скорее всего “Радость” и приходила. Лизавета в первом своем завещании отписала им квартиру – Архипов никак не мог в это поверить.

Во-первых, пока она была жива, никакие “религиозные организации” не занимались в ее квартире хоровым пением. Во-вторых, несмотря на крайнюю экзальтированность и манеру говорить в духе русского интеллигента Васисуалия Лоханкина, Лизавета не была ни фанатичкой, ни убогой.

Как она могла завещать квартиру религиозной общине?! Или ее заставили, а она тайно изменила завещание?

Тогда почему в его пользу, а не в пользу несчастной сироты, которую Архипов поклялся “не оставить”, а она взяла да и пропала средь бела дня, едва он уехал на работу?!

Вывороченные кости царапались друг о друга и о мягкий матрас. Тинто поблизости тяжело вздохнул – ему передавалось беспокойство хозяина.

Держась за спину, Архипов сел, подтянув к подбородку джинсовые колени.

Дождь шумел, было тепло и влажно, и хотелось, чтобы ночь быстрее прошла.

Три часа. Самое время для кофе.

Архипов включил чайник и на всякий случай предпринял еще один рейд к соседкиной двери. Как и все предыдущие, рейд закончился ничем.

Владимир Петрович постоял на площадке, порассматривал потолок – темный, как ночное небо, – и внезапно вспомнил, что хотел проверить, почему не горит свет.

Три часа. Самое время для проверки электричества.

Что-то мелькнуло по противоположной стене – огромное, темное и быстрое. Мелькнуло и пропало из глаз. Архипов замер.

– Тинто! Это ты?!

Мастифф показался в дверном проеме.

– Это ты шляешься, Тинто?!

Пес ответил что-то, но Архипов не понял. Иногда его просто бесило, что его собака не говорит нормальным человеческим голосом, нормальными человеческими словами. Ну что ему стоит, а?

Архипов вернулся в квартиру, отыскал фонарь и спустился по лестнице на один пролет. Тинто тоже вышел на площадку, и огромная черная туша маячила теперь в жидком полумраке на верхней ступеньке.

Хорошо, что он там. Вдвоем не так страшно.

Архипов посветил перед собой – широкий луч сделал круг по стене и упал к его ногам желтым и теплым пятном. Впереди была квадратная колонна, нелепо торчавшая посреди площадки, – бывший мусоропровод, ныне зацементированный.

Маленький Архипов и соседи-мальчишки мусоропровод обожали. В нем было черно и воняло, зато брошенная консервная банка долго и упоительно стучала по стенам, а потом шлепалась с далеким, как будто смазанным звуком. Про мусоропровод ходили всякие легенды – например, что там, внутри, замурован мертвец и время от времени он колотит по трубам, хочет выбраться.