Пороки города Бэрмор

Ян развалился на кресле-кушетке, а я напряглась, на этот раз пропустив нелепое прозвище мимо ушей.

– То есть как это не работаю? Я же вернусь туда, когда Хароны от меня отстанут.

– Ты так уверена, что они отстанут? Ладно, хватит болтать. Я готов.

Решив больше не препираться и не выпытывать никаких подробностей, я занялась делом. Рисунок был довольно большим и сложным и требовал полного погружения в процесс. Тонкие линии, образующие разные геометрические фигуры, переплетались с витиеватыми лозами, а по краям лоз шли надписи. Настолько мелкие, что разглядеть их можно было, только рассматривая татуировку с близкого расстояния. Вообще все татуировки парней казались произведением искусства, и я не хотела запороть то, что мне поручили.

– Такая сосредоточенная, – донеслось сверху, и я оторвалась от работы. – Мне нравится.

– Да, красиво выходит, – согласилась я, разминая шею. – Кто рисовал эскиз? Очень необычное сочетание. Цепляет. Девушки будут в восторге.

Я уже почти закончила с рёбрами. Это означало, что скоро мне придётся сместиться ниже и, возможно, соприкоснуться с его причиндалами. Хоть и через джинсы, но всё же…

– Ты покраснела, Анжелика. Я тебя смущаю?

– Нет. Просто здесь душно. Давай прервёмся ненадолго?

Ян кивнул, и я аккуратно протёрла уже готовый рисунок антисептиком.

– Не задевай, ладно? Я вернусь через пять минут.

– Отдыхай столько, сколько потребуется. Ты молодец.

Ого! Он сказал, что я молодец. Ну и ну…

– Спасибо."

"Покачав головой, я стянула перчатки и взяла со стола бутылку воды. Сделала несколько глотков, вышла в коридор и прошлась туда-сюда, чтобы восстановить кровоток. Объём работы был проделан большой, но до конца оставалось немало, и моё тело требовало движения перед тем, как вновь скрючиться в неудобной позе.

– Можем продолжить, если ты готов, – произнесла я, вернувшись в комнату, и застыла с открытым ртом. Ян стоял перед кушеткой и тоже разминался.

Надо сказать, что таких прорисованных мышц я ещё ни у кого не видела. Да, мускулатура Яна не была и в половину такой развитой, как у Вика, но рельеф был просушенным и очень эффектным. Пресс… боже, вот это пресс! Эти косые мышцы живота, эти кубики! Ни грамма жира. Ян был словно отфотошоплен. А джинсы сидели так непозволительно низко, что воображение играло со мной в злые игры.

Пока я набивала тату, была полностью сосредоточена на работе, но сейчас не могла оторвать взгляд от обнажённого торса этого парня.

– Некультурно так открыто пялиться, Анжелика, – усмехнулся он, но я никак не прореагировала. – Киска, ты дар речи потеряла?

Я дважды моргнула, прежде чем поднять взгляд на лицо этого нахала.

– Бесполезно просить тебя не называть меня так?

– Именно. Ты красивая, Лика. Грациозная. Сексуальная. Хитрая. Своевольная. Как кошка.