Семь порочных дней

Она не могла так поступить, потому что яд был быстродействующий.

- Значит, она оттащила вас домой, чтобы вам оказали там помощь?

- Боюсь, нет, - покачал головой виконт. - Я был для нее слишком тяжел.

- Так что я оставила его умирать и отправилась домой ужинать, - бодро сказала Минерва. - Конец истории.

- Разумеется, вы этого не сделали. Вы побежали за помощью, ведь так?

- Да, - подтвердил Колин.

Они подошли к берегу ручья. Виконт оперся одной ногой на поваленное бревно.

- Готова поспорить, - заявила Летти, плюхнувшись на бревно рядом с сапогом Пэйна, - что мисс Эм помчалась домой, как сумасшедшая, а затем вернулась и вовремя привела с собой местного доктора, чтобы тот вылечил вас ритуальными песнопениями и таинственными порошками.

Улыбнувшись девичьему воображению, Колин покачал головой.

- Нет. Вообще-то, к тому времени, когда Эм вернулась с подмогой, было уже поздно. Исцелить меня было нельзя. Я умер.

- Но... - нахмурилась Летти. - Но этого не может быть! Вы ведь здесь!

- Как же всё было? - спросил Гилберт.

"Да, как?" - чуть не повторила за ним Минерва. Даже она затаила дыхание, желая узнать, что же случилось после того, как она оставила Колина лежать в джунглях, укушенного редким цейлонским жуком. А про себя она подумала: "Да ничего не случилось, глупенькие. Это же всё враньё".

Колин прочистил горло:

- Не могу сказать точно, что произошло, потому что я рухнул без сознания на землю и после этого ничего не помню. Наверное, я впал в глубокую кому. Признаки жизни во мне были так слабы, что семья сочла меня мертвым. Они помолились надо мной, обмыли мое тело и положили в деревянный гроб. А следующее, что я помню - как очнулся под землей. В полной темноте. Похороненный заживо.

- Господи! - воскликнула Летти, вцепляясь в его сапог. - И что же вы делали дальше?

- Я плакал, выл, царапал доски гроба, пока не сорвал ногти с пальцев. Я дрожал и впал в отчаяние. Я кричал до хрипоты, - его голос вдруг приобрел странный оттенок. Пэйн поднял взгляд и посмотрел в глаза Минерве. - И каким-то образом она услышала меня. Ведь так, Эм? Ты услышала мой зов сквозь тьму. Я был одинок и испуган. Но в ночи ты услышала мучительный зов моего сердца.

Она сглотнула ком в горле. Ей больше не нравилась эта история. Не понятно, что за игру затеял Колин. Без сомнения, его описание себя, в детстве запертого в перевернувшейся карете и кричащего во тьме, было адресовано Минерве. Похоже, он не забыл случившегося этой ночью. Он всё помнил. И теперь хотел... Чего? Поблагодарить за помощь? Высмеять ее заботу?

Виконт обратился к ней:

- Не желаешь рассказать, что было дальше, Эм?

Она покачала головой:

Колин повернулся к детям:

- Она прибежала туда, где меня похоронили, и начала раскапывать землю голыми руками.