Порочный отчим

Как прожорливый зверь он алчно грызёт мои губы до ранок. До привкуса крови. Голодно в них вгрызается, не жалея. Будто пытается кусок отодрать.

Бешеное. Дикое. Ненасытное… Зверьё.

Он дерёт моё горло языком так исступленно, как выдрал бы членом!

Я задыхаюсь, я парю в небесах, умирая от необыкновенной сладости.

Очередной спуск с американской горки — он резко опрокидывает меня на живот, задирая вверх платье.

Шлёп!

— Ой!

Здоровяк горячо шлепает меня по попе и радуется тому, что видит.

Проклятье, моя пятая точка вся горит.

Скоро там живого места вообще не останется.

Вся отшлёпана варварюгой проклятым!

— Сочная пышка! Вот это мне фартануло сегодня!

Ещё один шлепок!

Медведь опасно рычит и впивается пальцами в мои трусики.

Срывает их вниз мастерски и умело.

После чего наклоняется ниже, урча как тигр, который готовится впится клыками в сочную плоть.

Я чувствую как что-то такое влажное и прохладное щекочет левую ягодицу, оставляя на пышной половинке влажный след...

Наглец! Он облизал мою попку.

А я не могу с этим ничего сделать… Я сама это хочу!

Мир плывет перед глазами, засасывая сознание в бездну.

Мне становится хорошо. Даже слишком.

Эйфория сладким сиропом разливается по венам…

— Охуеть… Твоя попка даже слаще ротика! Как хорошо, что ты мне её предлагала. Но, пожалуй, оставим орешек на десерт.

«Не предлагала!» — хочется закричать, но язык растаял как сахар на жаре от паники. Не пошевелить.

Да и какая уже разница!

Низ живота горит. Сердце бьётся навылет.

Я стану его. А он должен стать моим первым.

Иначе я умру.

Больше не могу терпеть сумасшедшее давление внизу живота.

Хочу избавится от мучительного напряжения!

Черт. Я слишком много выпила, слишком!

И утром буду жалеть о содеянном…

Но сейчас не могу нажать на рычаг “стоп”.

Я сама не своя. Даже стыд куда-то исчез.

Ведь никто и никогда из мужчин еще не видел меня голой…

Сейчас мне легко и беззаботно.

Слишком хорошо, чтобы остановиться и сбежать.

Я не успеваю опомниться, как он сдирает с меня платье, оставляя в одном лишь лифчике."

"Так же ловко избавляется от боксеров.

Мамочки!

Великан прижимается ко мне своей великанской длиной…

Этот размерчик и правда впечатляет.

Как у жеребца...

— Так-то лучше, — хмыкает, отбрасывая огрызки в сторону. — М-м-м, а ты зачётная, — утробно присвистывает, облизываясь, рассматривая мою грудь с топорщащимися сосками, плоский живот и гладкие, без единого волоска, складочки.

Следом за платьем, он так же зверски избавляется от лифчика.

Падает сверху, сплющивая меня пылающей мышечной массой — вжимает в горячее мускулистое тело, будто из стали выкованное, а пахом к бедру прижимается.

Его член толстый. Длинный. Каменный.

В бездне потемневших глаз бойца вспыхивает красное пламя. Мужчина возбуждён. Зверски сильно.