Порочный отчим

Вот ведь я влипла!

— Она н-немного ненормальная. Просто п-пошутить хотела!

— Хитро, но нет… Не отвертишься! Слово надо держать. Я получу твой орешек! Прямо сейчас!

Какой ужас.

Ноги подкашиваются.

Сердце из груди ухает в пятки и дёргается там как у пугливого зайца.

Закатив глаза, почти теряю сознание.

— Ёб твою мать!

Здоровяк резко встряхивает меня и прижимает к горячей, размашистой груди. Ощущение жара бесподобной фигуры, запаха настоящего мужчины и бурного дыхания, на миг приводят меня в чувство. Особенно, когда я кладу ладони на тугие канаты мышц, играющие под распахнутой рубашкой.

На мужчине красуются простые джинсы и клетчатая рубашка — безрукавка, которая сейчас зазывающе расстегнута и обнажает идеально красивые кубики пресса.

А час назад он почти голый щеголял по сцене в красных труселях.

То ещё было зрелище!

— П-пустите меня, — часто моргаю, пытаюсь сопротивляться.

Бесполезно.

Как бойцовский цербер держит.

Намертво.

Здоровяк хохочет. Внезапно, хватает меня за скулы.

Его хватка сильная и властная.

Немного больно.

С таким человеком не шутят.

— Так что, когда я получу свою награду? — грозный рык раздаётся у самого уха.

Ручища бойца плавно опускаются вниз по спине, к талии.

Мурашки несутся по коже.

Его прикосновения жгут меня до тла.

До ожогов.

На секунду незнакомец отстраняется, а потом…

Шлёп!

Его медвежья ладонь смачным шлепком обрушивается на мою попку.

— Ох!

Подскакиваю на месте. Прихожу в полный ужас!

Бо-же…

Гад только что шлепнул меня по заднице!

И жадно её сжал, хорошенько потрепав одну булочку.

— Выглядишь так, будто в обморок грохнешься.

Рычит это, усмехаясь, и голодно таращится на мои губы, которые я облизываю.

Мои зрачки расширяются от удивления и адреналина, превратившего кровь в лаву.

Палец мужлана опускается на подбородок.

По-собственнически ложится на приоткрытые губы.

В этот момент я не дышу.

А сердце почти не бьётся."

"Он касается моих губ пальцем. Проводит по ним, очерчивая контур, будто дразнит, разжигая внизу живота странную жажду. А я удивляюсь, как такой амбал неотёсанный может быть настолько чувственным?

Медведь сжимает указательным и средним пальцем мою нижнюю губу, слегка оттягивает.

Зрачки бойца темнеют как у хищника, перед броском на добычу.

Опасный миг...

— Сейчас быстро приведу в чувства!

Рассмеявшись, рывком тянет меня на себе и… страстно целует в губы.

Мама… Дорогая!

Поцелуй пылкий, жёсткий и горячий. Он нагло раздвигает мои губы своими, скользит языком глубже в рот и вытворяет там безумные вещи — вкручивается шаловливым языком как сверлом, показывая мне своей звериной страстью кто здесь хозяин.

Этот поцелуй слишком порочный. Взрослый. Сумасшедший.

До дрожи и надвигающегося обморока.

Я никогда так пылко не целовалась.