Порочное зачатие (СИ)

Но, вдруг, это всё неправда? Вдруг, образ надёжного и любящего Демида – лишь иллюзия, в которую мне так отчаянно хотелось влюбиться? Так сложно продолжать верить тому, кто скрывает и врёт! Демид, ведь, просто отключил телефон? Отключил, чтобы я его не доставала, пока он занимается более важными делами?

- Приехали, - говорит таксист, видимо, уже не в первый раз, но я слышу его только теперь, когда мужчина обернулся и повысил голос.

Киваю и выхожу из машины.

Представляю, как мне придётся подниматься в квартиру, улыбаться Ларисе Викторовне, играть с Машей… Сил у меня совсем не осталось. Хочется сесть на лавочке возле подъезда и заплакать вместе с пасмурным небом…

Но, конечно, я не могу себе это позволить. Я должна отпустить няню и уложить спать сестру. Сейчас мне как никогда хочется просто побыть маленькой расстроенной девочкой. Отдать кому-нибудь хотя бы часть своих обязанностей и вдоволь погрустить.

Вздыхаю, мотая головой. Нет, Алиса, ты не можешь быть слабой. У тебя теперь два ребёнка. И ответственность за них больше никто не себя не возьмёт. Поднимаюсь на этаж и открываю дверь ключом.

- Лися! – раздаётся громогласный крик, а потом топот маленьких ножек.

Сестрёнка бросается ко мне в объятия, а следом за ней из спальни выходит Лариса Викторовна.

Она бросает быстрый взгляд на моё платье и подмоченную дождём причёску.

- Ну что, как ваши дела? – спрашивает она. – Всё успели?

- Нет, - расстроенно пожимаю плечами и закусываю нижнюю губу, которая начинает предательски подрагивать. – Дело оказалось слишком сложным для выполнения.

Лариса Викторовна хмурится и кивает.

Мне кажется, или она догадалась, что моё дело было связано с Демидом? От её сочувственного взгляда мне становится ещё хуже. Делаю глубокий вдох и, чтобы не разреветься, поворачиваюсь лицом к вешалке, пытаясь хоть как-то скрыть накатившие слёзы.

- Быть может, Демид Игоревич может как-то помочь вам в вашем деле? - предлагает няня.

Знаю, что она хочет как лучше, но сейчас мне так больно слышать имя Демида, что хочется попросить её не говорить о нём вовсе!

- Нет, не поможет, - отвечаю, сглатывая горечь. – Он уехал.

- Да? – удивляется женщина. – А куда?

Чёрт… час от часу не легче! Теперь придётся либо выдумывать что-то, либо честно признаться в том, что Демид не считает нужным сообщать мне о своих передвижениях.

Прикрываю глаза, мысленно собираясь с силами.

- Не знаю, - пожимаю плечами, стараясь казаться равнодушной. – Он мне не сказал.

Лариса Викторовна открывает рот, чтобы что-то сказать, но потом тут же закрывает его.

- Не очень хороший поступок, - внезапно выдаёт она. – Впрочем, я уверена, это простое недоразумение. Оно скоро решится. Не расстраивайтесь, Алиса. Вам сейчас нельзя нервничать.

Она касается моего плеча и мягко его поглаживает.