Порочная невеста

Женщина с тоской смотрела на куст алых роз и пела колыбельную, будто перед ней было не бесчувственное растение, а живое и разумное создание. Когда я подошла ближе, нежное пение стихло.

Опустив взгляд себе под ноги, увидела, что на белом снегу лежит большая красная роза. Наклонилась, чтобы поднять цветок, и в то же мгновение свежие хрупкие лепестки стали растекаться у меня в руке, превращаясь в кровавую бесформенную массу.

Пространство вновь наполнилось серебристым туманом, а через мгновение он рассеялся. Листья на деревьях уже не были зелеными, черные ветки, словно лапы паука, нависали надо мной, сгибаясь под тяжестью снега. Земля была надежно скрыта белым ледяным покрывалом, как и полагается в зимнее время года. Сквозь вечерний сумрак я с трудом разглядела женщину. Она робко шла вдоль дорожки, постоянно оглядываясь по сторонам, в руках у нее был зажат сверток. Темно-синий платок с яркими желтыми цветами пошевелился, и раздался пронзительный детский крик. Женщина вздрогнула и, опустив дитя на землю, стала копать мерзлую почву. С легкостью сняв большой ком, она положила младенца в заранее подготовленную яму и прикрыла сверху камнями, заглушая плач.

Такой знакомый и родной голос. Я обернулась, ища глазами герцога. Чейз стоял неподалеку, прислонившись к стволу дерева, скрестив руки на груди. Вот кто мне поможет! Муж обязательно спасет ребенка.

— Фабиана, — повторил Чейз, его голос дрогнул и изменился, переходя в шелестящий шепот. На лице появилась мерзкая отвратительная улыбка, он громко засмеялся, отнял руки от груди, и я увидела, что на белоснежной шелковой рубашке чернеет глубокая рана. Попыталась закричать, но губы будто слиплись, голос пропал, не давая позвать на помощь. Ноги налились свинцом, и, вместо того чтобы шагнуть вперед, я упала и провалилась в темноту.

— Фабиана, ты слышишь меня!

— Что? — Я с ужасом взирала на полное тревоги лицо Алексис, стоявшей рядом и тормошившей меня. — Ты будто в статую превратилась, мистер Лерой уже пришел, а ты даже не поздоровалась.

Отголоски жуткого видения все еще напоминали о себе подрагивающими пальцами. Я растерянно дала согласие остаться на обед. Сбитая с толку и подавленная, я прокручивала в мыслях странные образы, промелькнувшие перед глазами. Раненый Чейз, странная девушка, хоронившая еще живого младенца. Мне стало так страшно, что я позволила себе пригубить стакан разбавленного вина. Алкогольные напитки прекрасно туманят разум, позволяя приглушить чувства.

На обеде присутствовал хозяин дома. Август Лерой потерянно ковырялся вилкой в тарелке и не спешил поддерживать вялую беседу, всем своим видом показывая, что отбывает повинность за столом.

— Простите, леди, я отвык от компании, — проговорил он. — Питаюсь исключительно в своем кабинете.