Порочная невеста

Вот тогда я в полной мере почувствовала себя счастливой, грудь, наконец, наполнилась воздухом, и обморок уже не грозил. Хотя на этот случай в кармане всегда лежали нюхательные соли, незаменимая вещь на приемах, ведь прекрасные дамы часто лишались чувств. Походкой старушки я добралась до кровати и, присев на краешек, стала растирать особо болевшую пятку. В это мгновение дверь распахнулась, и в спальню пожаловал Чейз.

— Устала? — поинтересовался он.

— Станешь премьер-министром, отмени моду на корсеты, — проворчала я.

— Непременно. Мне самому не нравится эта деталь гардероба, он, словно броня, защищает кожу от прикосновений.

Герцог тут же проиллюстрировал свои слова. Подойдя ближе и опустившись на колени, коснулся ладонями моей талии, а затем провел по спине.

— Вот видишь, совершенно дурацкая вещь. Давай поскорее ее снимем.

Я смутилась и покраснела, забыв о ноющем теле, сейчас меня волновал лишь Чейз.

— Я хочу сказать, прежде чем мы… — пролепетала я, пытаясь сообщить герцогу о том, что девственница. В ту ночь, когда Чейз привез меня домой, он не поверил, что Талбот не успел изнасиловать меня. Даже врача просил провести осмотр. Сейчас я очень жалела, что тогда заупрямилась, нельзя идти на поводу у сиюминутных чувств. Будет мне урок на будущее.

— Тише, милая, тише, — хрипло проговорил Чейз. Он притянул меня к себе и жадно поцеловал. Его горячие губы вначале робко, а затем все более требовательно сминали мои. Я открылась навстречу наслаждению. Нежные прикосновения рождали тепло в груди, которое струилось по венам, разнося возбуждение, прогоняя усталость. Колени раздвинулись, позволяя герцогу придвинуться совсем близко. Осторожным движением Чейз коснулся обнаженных бедер и спустился вниз, касаясь подвязки. Его сильные пальцы проникли под тонкий шелк чулка, а другая ладонь затерялась в завязках корсета и потерпела поражение, запутавшись в бесконечно длинной тесьме.

— Дьявол, я сейчас воспользуюсь ножом, чтобы сорвать этот доспех, — проговорил Чейз, его прекрасные глаза заволокла дымка желания.

Я дрожащими руками потянула за шнуровку и лихорадочно сняла корсет, оказавшись перед мужем в одной прозрачной короткой сорочке, но и она через мгновение тоже полетела на пол.

— Не надо, не прячь, — проворковал Чейз, предупредив мою попытку скрестить руки на обнаженной груди. Он прильнул губами к красной ягодке соска, легонько провел языком по ареоле, вобрал ее в себя и слегка прикусил зубами.

Жар в груди нарастал, заставляя вскрикивать, воздух стал раскаленным, я откинулась назад, а Чейз воспользовался этим и лег сверху, продолжая ласки. Терпкое удовольствие превратило меня в податливую глину в умелых руках, каждое движение приносило новую волну наслаждения.