Ты только попроси. Сейчас и навсегда

Он всегда это делает.

Теперь я его целую. Боже, как же я люблю его вкус! И когда я лениво отлипаю от его губ, спрашиваю:

– Он всегда приходит к тебе в постель?

– Всегда, – задорно отвечает он.

Его выражение лица меня веселит. Какой же мой немец красивый!

Новый раскат грома возвращает нас к реальности, и Эрик ставит меня на пол. Кладет игрушку на столик возле ванной и моется. Затем вытирается, надевает трусы и, перед тем как выйти, говорит:

– Не задерживайся, малышка.

Оставшись одна, я беру игрушку и мою под струей воды. Но тут вспоминаю о Трусишке. Бедняга. На улице такой ливень, а он там один. Прошло всего несколько минут, а я уже полностью привела себя в порядок. Остается надеть пижаму и расчесаться. Поднимаю глаза и улыбаюсь собственному отражению в зеркале.

Ох, и попала же я в историю!"

"Но вскоре я припоминаю, что, когда сама была маленькой, точно так же, как Флин, безумно боялась грозы. Мне внушали страх раскаты грома, и этот дьявольский грохот наводил на меня мысли о страшных демонах с длинными когтями, которые разрывали небо, чтобы добраться до детей. Я много раз спала в родительской постели, пока наконец мама благодаря своему терпению и чьей-то помощи избавила меня от этого страха.

Выйдя из ванной, вижу, что Эрик на кровати болтает с Флином. Заметив меня, мальчик провожает меня взглядом; я открываю тумбочку и незаметно прячу игрушку. Потом, когда я ложусь в кровать, ворчливый коротышка спрашивает у своего дяди:

– Она должна спать с нами?

Эрик утвердительно кивает, а я, укрываясь пуховым одеялом, шепчу:

– О да! Я очень боюсь грозы, особенно когда гремит гром. Кстати, вы любите собак?

– Нет, – отвечают они в унисон.

Я только было хотела что-то добавить, как Флин замечает:

– Они грязные, кусаются, плохо пахнут, и у них блохи.

Пораженная его словами, отвечаю:

– Флин, ты ошибаешься. Обычно собаки не кусаются, они не пахнут, и у них нет блох, если за ними ухаживают.

– У нас в доме никогда не было домашних животных, – объясняет Эрик.

– Что ж, очень плохо, – говорю я и, видя, что он улыбается, продолжаю: – Когда в доме есть домашние животные, то начинаешь смотреть на жизнь иначе, особенно на детей. И, откровенно говоря, вам бы не помешал домашний любимец.

– И речи быть не может, – отказывается Эрик.

– Меня укусил пес Лео, и мне было больно, – говорит мальчик.

– Тебя укусил пес?

Мальчуган кивает, задирает рукав пижамы и показывает след на руке. Беру себе это на заметку и представляю, какой, наверное, ужас внушают ему животные. Нужно с этим покончить.

– Флин, не все собаки кусаются, – ласково замечаю я.

– Я не хочу собаку, – не унимается он.

И тогда я ложусь на бок, чтобы посмотреть Эрику в глаза. Флин лежит между нами и быстро поворачивается ко мне спиной.