АПП, или Попасть в пророчество!

Своей музыкальной школы в поселке не было, а на уроках в обычной школе вечно пьяный баянист разучивал со всеми классами одну и ту же песню про любителя-рыболова. Если же был совсем хорош, то ставил пластинку с Моцартом и тихонько похрапывал в уголке, пока ребятишки стояли на ушах под мажорную музыку бессмертного классика."

"Беседка из обычного дерева, густо увитая каким-то разлапистым плющом до зеленого состояния, располагалась метрах в семи от сцены. С одной стороны она дополнительно закрывалась высокими кустами с ярко-алыми и темно-зелеными пятипалыми листьями. Благодаря тому что плющ уже начал увядать, внутри хорошо просматривалась горстка студентов: несколько ребят и пара девушек. Одна из них явно была дриадой – слишком много зеленого в волосах и платье из цветов никак не могли принадлежать искомой горгоне. А вот вторая отличалась роскошной гривой черных волос. Поскольку девушка сидела спиной к публике, больше ничего разглядеть не удавалось.

– Это Дайла, – шепотом, указав головой на брюнетку, определил цель староста.

– У меня есть план! Стеф, официальных представлений не надо, ничему не удивляйся и подыгрывай мне! – оживился Лис и потянул эльфа за собой, делая при этом вид, что лениво прогуливается.

Глава 13

Проверка на вшивость

Остальная часть коллектива юных следователей наблюдала за грядущим представлением из безопасного далека. Студенты даже заняли скамейку, которую освободила влюбленная парочка. Не успела Янка сесть и сосредоточиться на слежке за Лисом, как слева над головой кто-то заговорил, гнусаво растягивая звуки:

– Компания неудачников! Серокожий увалень, отверженная гермафродитка и толстая корова. Чего же в вас нашел Стефаль? Пожалел, что ли? Наш староста такой чувствительный!

Яна подняла взгляд на изящную до состояния полупрозрачности девушку с длинными распущенными волосами цвета розовой жвачки. Таких тощеньких, как эта сомнительной прелести дева, на Земле признавали больными анорексией и лечили в больницах. Синяя форма с зеленым кантом делала «красавицу», четверокурсницу еще более бледной и придавала ей вид трупа не первой свежести, уже почти успевшего покрыться пятнами. Позади, чуть в отдалении, за девицей стояла парочка чуть более откормленных подружек, вероятно, прихваченных в качестве группы поддержки. (Зелененькую старосту, домогавшуюся эльфийского тела «для консультации» прямо в столовой, Янка узнала.) Девицы улыбались, предвкушая унижение новеньких студентов. Иоле тяжело вздохнула и поморщилась, как от зубной боли, Хаг почесал затылок, сжал руку в кулак, глянул, разжал и тоже обреченно вздохнул. Драться с девушками, которых и соплей перешибешь, и оскорблять оных, пусть даже в ответ, не позволяло троллье воспитание.