Попала, или Жена для тирана

Вернувшись в сидячее положение, я спросила:

— Уже придумала, как будешь очищать душу Даниэлы? И сколько это займёт времени?

Колдунья слегка нахмурилась:

— Дай мне несколько дней, хорошо? Сейчас я пытаюсь выяснить, с кем в последнее время пересекалась Даниэла, какие книги читала, чем интересовалась. Если пойму, что привело к этой трагедии, сумею всё исправить.

Мадам ведьма поджала губы, упрямо тряхнула светлыми волосами, собранными в замысловатую причёску.

— Я в любом случае докопаюсь до правды, но мне, как уже сказала, нужно время. Потерпи, Даниэла. Тем более что на твоей стороне Эсфа, а значит, в ближайшие дни Редфрит тебя точно не тронет.

Это если Алана не будет увиливать от работы. Впрочем, подозреваю, истеричная маркиза — не единственная пассия его величества. Постель ему в любом случае кто-нибудь согреет, а я пока займусь делом: постараюсь разобраться, куда всё-таки попала, а заодно понять, какие шансы у меня вернуться обратно.

Эдаре и Фантальмам я не доверяла.

Заметив, что колдунья собирается прощаться, я удержала её за руку.

— Ты так и не рассказала мне, кто такой Теобальд. Да и о многом другом тоже хотелось бы узнать. Что это за мир, почему вы так пренебрежительно относитесь к феям и лягушатам, чего мне стоит опасаться?

Помимо Редфрита, его душки-ведьмы, психованных королевских фанаток и возможного убийцы Даниэлы. Я по-прежнему не исключала версию, что на леди Фантальм было совершено покушение. А значит, и я тоже в зоне риска.

Прелестно. Просто прелестно.

Тяжело вздохнув, Эдара опустилась на край кровати.

— Всё произошло так неожиданно. Ещё вчера утром я с замиранием сердца ждала королевскую свадьбу, а потом… крики и плач Саранны, распростёртое на полу тело моей миары… разговор с Фантальмами и… — Колдунья встрепенулась, а подняв на меня затуманенный взгляд, быстро произнесла: — Но ты спрашивала о Теобальде.

— Кем он приходится Даниэле?

— Когда-то она была с ним помолвлена. К сожалению, герцог Сканно погиб в Срединных землях. Отправился туда с поручением и больше не вернулся.

— Что с ним случилось?

— На его отряд напали Дикие. Никого не пощадили, растерзали всех до единого, кроме одного солдата. Молоденького паренька, который вместо того, чтобы напрасно геройствовать, успел скрыться и принёс в Хельвиву (так называется наша столица) это страшное известие.

— Даниэла его любила?

Уголок губ чародейки дёрнулся, словно она пыталась улыбнуться, но вместо этого её лицо исказила гримаса не то тоски, не то боли.

— Она… испытывала к нему чувства. Что же касается презренных, то с ними не надо церемониться. И не называй накшерров лягушатами. Это звучит странно.

Хельвива, накшерры, Дикие… Надо, что ли, завести какую-нибудь записную книжку.

— Это не ответ.