Попаданки и повелители змей

Да и на ночь он предполагал совсем даже не молиться, как классик в своей пьесе «Отелло». Скорее думал о рекомендациях из «Камасутры».

Эманора «в шоколадном мусе» с вишенками на сосках я боялась даже представить. Дабы снова не «подвиснуть» в плену удушливого волнения. И не испортить себе пищеварение тем, что кровь отольет от желудка в другие места…

В общем, я от души наелась, напилась чаю и внаглую уточнила:

– Ну и где вы меня поселите?

Эманор аж подавился кустрой – соком какого-то растения, который наги пили как мы – чай или кофе.

Наг в замешательстве

«Ты совершенно зря не назначил отбор и для себя тоже. Тебе давно бы пора жениться. Найти свою нари – это очень хорошо для нага. А для высокородного, тем более. Это даст тебе больше силы… Кто знает, может однажды ты станешь императором и все силы тебе еще понадобятся…»

Эманор вспоминал вчерашние слова Ненталя, прогуливаясь по улицам высокородных нагов. Думал. А так думалось значительно легче.

Без навязчивой услужливости челяди. Без императорских советников, которые вечно попадались то тут, то там во дворце повелителя нагов. Без лишних глаз и ушей.

Старший брат всегда был мудрее и предусмотрительней. И его советы никогда не оказывались лишними. Эманор очень любил Ненталя и уважал не меньше. Тот всегда защищал его перед родителями в детстве, и стал неплохим повелителем. Именно благодаря ему наги смогли сосуществовать с другими оборотнями без войн. Вот уже несколько сотен лет.

А высокородные меньше чудили, ощущая железную руку императора, который наказывал даже их за жестокости и злые проделки.

Раньше, попади нагиня из низших слоев в квартал высокородных, ее могли изнасиловать, покалечить и даже убить. Никто ничего не сделал бы. Родственники могли сотни раз взывать к правосудию, возносить молитвы Дельверу – верховному богу нагов. Все было бы без толку. Высокородных не наказывали за проступки против черни, что сама явилась к ним в поселок незванной. Вот если ее вызвали по делу, она служила у кого-то из знати или оказалась посланницей самого императора… Однако и в этом случае наказание прежде оказывалось минимальным. Можно сказать – чисто символическим.

Небольшой штраф, публичное осуждение и непубличное, за глаза – восхищение. Вот молодец! Отымел девку, как следует, клинок обтесал для более благородных нагинь.

В крайнем случае, если изнасилование или убийство совершалось с особой жестокостью – продержали полгода в камере. Со всеми удобствами и удовольствиями. Девки – пожалуйста, любая еда – только закажи. Теплая постель, связь с внешним миром – по первому требованию. Ведь он высокородный, второй после Дельвера. Первые после Дельвера – император и его родственники.

Ненталь медленно приручал народ к новым законам и правилам.