Попаданка за штурвалом

У Сиян всё настолько серьёзно? А ведь взглянуть со стороны — древние опустошённые развалины. Ловко гадина замаскировалась. Если вспомнить группу авантюристов, промышляющих в этом районе, то можно вытянуть очередную ниточку к культу…

Но этим я займусь когда-нибудь позднее.

Приободрившись, Аля выскальзывает из моих объятий и устремляется по коридору вперёд, а мне, как я и говорил, остаётся догонять свою резвую супругу и страховать ей спину.

— Подожди, — хватаю я её, когда Аля тянется к покрывалу на диване.

— Это может быть опасно, — поясняю я и закрываю нас защитным куполом.

Только после этого я посылаю в диван воздушную струю. Порыв ветра сдёргивает покрывало, и взгляду открывается квадратный проём, вниз убегают каменные ступени. Заметно, что вытесали из материала, отличного от того, что пошёл на стройку наземного храмового комплекса. Ступени явно древние, но надёжные, не то что развалившийся новодел.

Проём закрыт магической преградой, и я её разбиваю. Аля рвётся вниз, неугомонная. Я в последний момент ловлю её за локоть, придерживаю. Пожалуй, не буду отпускать. Плохо, что рука занята женой, зато жена под контролем, а я спокоен.

Чем отвлечь, я нахожу.

Достаю из кармана кольцо, и пока Аля хлопает глазами, надеваю ей на палец, теперь уже я, а не она, хотя ритуального значения очерёдность уже не имеет, просто приятно.

Аля будет тронута, но я вспомнил об артефакте не по другой, приземлённой причине. Кольцо станет для меня маячком, если Аля вдруг от меня удерёт. Полагаться только на её здравый смысл слишком рискованно.

— Князь Авей, — окликает меня Дженсен.

— Вы не боитесь гнева Близнецов-Ветров? Это восхищает.

Аля вздрагивает. Я поспешно накрываю её ладонь своей:

— Не о чем беспокоиться.

Дженсен выразительно фыркает.

— Госпожа, почему бы вам не подождать снаружи? — предлагаю я и внутренне морщусь от собственной грубости.

Дженсен отворачивается с видом оскорблённой невинности, и я эгоистично думаю, что мне очень повезло, что моя жена не она.

Я понимаю, что Дженсен около пяти лет провела в плену без надежды на освобождение. Большинство на её месте вели бы себя ужасно, а она держится и, по-моему, люто завидует Але.

Я могу быть к ней снисходительным во всём, что касается меня лично, но не позволю расстраивать Алю.

Мы спускаемся, и притихшая Дженсен присоединяется к нам.

Аля показывает алтарь и пустые, заполненные чем-то прозрачным углубления в полу. Видок тот ещё. Не хотел бы я в соплях искупаться. Я присаживаюсь на корточки, трогаю прозрачное нечто по консистенции напоминающее мёд. Или, скорее студень.

— Милан, надо искать дальше, — Аля бесцеремонно дёргает меня за ворот. Похоже, её напрягает, что я трогаю, как она выразилась, сомнительную жижу.

Но делаю я это не зря.