Попаданка в семье драконов 2

— Смотрите! — вскрикивают несколько голосов.

Я разворачиваюсь. Арен стискивает мою ладонь.

На фоне лунного диска вырисовывается темная фигура. Длинные волосы и длинные одежды развеваются на ветру. Падающий с дневной стороны свет озаряет бледное точеное лицо, рассеченное кровавыми дорожками слез. Прекрасное лицо.

И этот прекрасный юный мужчина подносит к губам флейту, приобретая потрясающее сходство с алтарным изображением...

— Нергал! — Ника падает на колени. Ей вроде надо склонить голову, но она не может отвести взгляд от своего божества."

"Вот для кого были нужны восемь тысяч жертв. Слезы жгут глаза, и сердце болит, но сейчас я уже ничего не могу изменить.

Бог вампиров здесь.

Глава 8

Прекрасная, душераздирающая, пронзительная, разрушительная и созидательная мелодия флейты пронзает воздух, пронзает всех нас, переполняя странными чувствами. В этой мелодии в тысячу раз больше дикости, чем в плясках оркских шаманов, больше разрушения, чем в музыке барда Заранеи, больше воодушевления, чем в целом оркестре наших бардов.

Дымка вампирской магии окутывает Нику, и намного больше дымки выплескивается вокруг Санаду и еще пары незаметных в общей толпе вампиров. Они кричат, и все от них отшатываются.

Заранея наклоняется, скалясь и протягивая лапы к Санаду.

Дымка распадается, открывая вместо него чудовищное создание с лезвиями-крыльями, громадными когтями, клыкастой пастью. То, во что превратился Санаду, отмахивается, выплескивая магию, и срезает несколько лап Заранеи.

Ника поднимается. Дымка распадается, открывая ее усилившееся тело, выросшие мышцы разодрали одежду по швам, на спине проступили шипы, вырос хвост, появились полуметровые когти, рога. Она стоит ко мне спиной и... я не хочу видеть ее лица.

Остальные вампиры тоже трансформировались. В едином порыве они бросаются на Заранею, грызут ее, вырывают из суставов когтистые лапы.

Серое облако несется со стороны населенных земель — усиленные своим богом вампиры и архивампиры мчатся на помощь. Последние вырываются вперед, сверкают лезвиями крыльев.

Мгновенно добравшись до нас, они набрасываются на Заранею, на сыплющихся из Безымянного ужаса тварей.

Арен оттягивает меня прочь, отступают и другие Эеранцы, переносят на безопасное расстояние пушки, в которых копошатся гномы. Оркские шаманы возобновляют пляску.

Пуще прежнего хмурится на костяном троне Магарет, оказавшаяся напротив своего давнего пленника, грозившегося перерезать ей горло.

Она поднимает руку. Неужели хочет остановить Нергала, ослабить вампиров, когда их помощь так нам нужна? Вырвавшись из объятий Арена, кричу:

— Магарет, не мешай ему!

Она щелкает пальцами.

Вздрагивает земля, расцветает на ней фиолетовая печать. С небес падают фосфоресцирующие канаты, проникают в глубину.