Попаданка в русалку

Так же было и в Империи, где бумагу хранили или в твердых папках с деревянными обкладками (никакого пластика или картона, только хардкор), или заказывали пустые книги для записи в типографии индивидуально, например, для книг прихода и расхода. Книги эти были дороги и мало кому требовались, поэтому производством блокнотов никто не занимался."

"Вздохнув, поняла, что сильно на мои финансы не разгуляться, поэтому купила стилус из кости, несколько рулонов папируса, чернила для них. От одного из рулонов сразу отрезала кусок и сложила его в несколько раз, начала составлять список покупок:

1. Иголка и нитки — чтобы сшить листы в простую тетрадь

2. Увлажняющий крем

3. Ручное зеркало и расчески, хватит пользоваться чужими расческами из саквояжа, их вообще лучше выбросить

4. Мыло, а то то, что было в саквояже, очень уж грубое, годится только для стирки

Вздохнула и задумалась. Могу ли я еще что-то позволить себе купить здесь или дождаться приезда в Империю? Кто знает, когда у меня появится возможность подзаработать. В целом, все будет зависеть от цен в местных магазинах. Ладно, по ходу разберемся.

Секретарь Рохеиса оказался прекрасным знатоком местного рынка, прежде чем проводить меня в лавку, он рассказывал, что там можно брать, а что не надо, какие цены хороши, а какие слишком высокие, знал халифатский и работал переводчиком, а заодно мягко и вежливо поправлял меня, когда я ляпала что-нибудь неправильно. Прекрасный парень, мне прямо очень понравился.

— Ты тоже учишься, чтобы быть купцом? — спросила я его, когда мы уже шли к кораблю, купив все нужное и кучу ненужной ерунды.

— Нет, я выучился на переводчика-секретаря, это мой максимум. Чтобы быть купцом, за тобой должен стоять сильный род и денег надо много, а я из крестьян.

— Ух, ты, из крестьян, наверное, ты очень умный! — восхитился капитан Гарт, а вот я приуныла.

— Да, господин Рохеис старший — отец господина Рохеиса — заметил мое стремление к знаниям и оплатил учебу. За это я десять лет должен работать на него и набираться опыта, а потом мне поднимут зарплату.

— И сколько же у тебя зарплата? — мрачно поинтересовалась я.

— Сейчас — десять медяков, но зато на полном пансионе: и одежду, и еду, и писчие принадлежности мне предоставляют. А после окончания отработки буду получать по серебряной монете в месяц. Когда работаю, конечно. Когда господин Рохеис меня домой отпускает в сезон штормов, то приходится еще писарем в деревне подрабатывать.

— Какие чудесные перспективы, — пробормотала я.

— А то! — парень, кажется, был в восторге. — Я мир увидел, языки знаю, с разными людьми познакомился — это не то же самое, что каждый день на поле спину гнуть и голода бояться.