Попаданка в деле, или Ваш любимый доктор

— На какие жертвы только не пойдешь ради науки!

В этот момент во взгляде нейта Эйле засветилось почти безумство, он действительно стал похож на чокнутого исследователя.

— Клянусь, никто не пострадает. Если что-то пойдет не по плану, сработают защитные магические печати, наложенные мною, и лаборатория самоуничтожится. Вместе со мной, естественно.

Теперь перекосило уже меня. Да, наука требует жертв. Я вспомнила, на что шли исследователи прошлого.

Например, Зинаида Ермольева, прозванная госпожой Пенициллин, изучала на себе холеру и едва не умерла. Она же во время Второй мировой изобрела наш, русский пенициллин, потому что никто не хотел продавать СССР секрет его производства. И он получился лучше и эффективней западного. Великая была женщина!

Может даже, Сальвадору Эйле суждено стать вторым Эдвардом Дженнером, который создал вакцину от оспы? Если так, то это будет настоящим прорывом. Этот мир еще столько интересного ожидает, у него появятся свои герои, о которых напишут в учебниках.

Маг-ученый с жадностью сграбастал все мои образцы, не забыв душевно поблагодарить. Эйле оттаял и растерял все колючки, стоило склянкам оказаться у него в руках. Он был похож на ребенка, получившего новогодний подарок.

Перед тем как покинуть убежище одинокого ученого, я оставила ему свой адрес и попросила известить, когда будет готово лекарство от оспы и появятся какие-то сведения по противоботулинической сыворотке.

Да и вообще собиралась отправить ему несколько писем и раскидать в них зацепки-намеки о том, как в моем мире были открыты некоторые препараты и вакцины.

— Выглядите довольной, — хмыкнул Норвин и положил мою руку себе на сгиб локтя, когда мы оказались на улице.

— А вы довольны? — я с надеждой посмотрела на мужа, ожидая увидеть… Что?

И в его глазах, в голосе было что-то новое.

— О, дорогая Эллен, я очень доволен.

Интересно, он намеренно выделил имя Эллен, или меня опять паранойя кроет? А нейт Блайн как будто испытывал мое терпение.

— Я узнал кое-что интересное. Я ведь тоже в какой-то мере исследователь.

— Скоро поймете. А теперь давайте поспешим обратно в Левилль.

Ох, чует моя многострадальная печень, Норвин что-то задумал. Будь я проклята, если это не так!

Когда мы вернулись, солнце стояло высоко над головой. Перед уходом Норвин поколдовал над защитным куполом дома, вплетя в него еще несколько огненных узоров, и напомнил, чтобы я не творила никакие опасные глупости. Чутье подсказало, что обновленное заклинание должно уберечь меня от них.

После путешествия в столицу что-то изменилось между нами. Я пока не знала, что, но чувствовала. И боялась вляпаться — сказывался опыт прожитых лет.

Но на глупости времени нет. По мне истосковался нейт Лейн.