Попаданка в академии драконов 4

Тёмная краска расползается в воде облачками, растворяется. Откинувшись на борт, лежу с закрытыми глазами.

Солгу, если скажу, что смерть лорда Эрина меня не мучает, но… я слишком рада за Тордоса и других заложников Культа. Ещё бы точно знать, что Эрин был культистом, а не случайной жертвой. Если сложить всё вместе: странные воспоминания о нём Тордоса, контакты с художником Ати Виштором, то, что он по какой-то причине изображал торговца Жийна и сразу попытался убить меня с помощью Иссены – это говорит в пользу его причастности Культу.

Но.

Существует ведь вероятность, что он просто жертва. И тогда всё как-то совсем плохо.

Хотя в любом случае плохо, что он умер.

Как было бы хорошо, если бы можно было спасать всех. И злодеев перевоспитывать.

Вздыхаю.

Из шахты доносится шелест крыльев. Арен приземляется на пол и подходит к ванной. В руках у него корзинка. Остановившись на бортике, он запускает руку внутрь, и в следующее мгновение в воздух взвиваются розовые лепестки. Они осыпаются медленно, точно крупные хлопья снега, покрывают собой поверхность воды, пахнут сладко…

Цветы…

Арен ради меня срывал с любимых цветов лепестки?

Изумлённо смотрю, как закручиваются в воздухе последние лепестки. Арен вновь запускает руку в корзинку, и новые лепестки взвиваются вверх. Завораживающее зрелище. Кажется, что они сами кружатся так, танцуют, льнут друг к другу… И взгляд Арена проникает сквозь них. Он следит за выражением моего лица, и только один уголок губ слегка приподнят, придавая его лицу мечтательно-рассеянное выражение.

– Цветы… Арен, ты же любишь цветы…

– Восторг в твоих глазах мне нравится больше. Отвлекает от мыслей, правда? – он вскидывает вихри розовых лепестков.

Они ещё оседают, когда Арен опускает корзинку на пол. Во вспышке белого пламени одежда обращается пеплом, порыв ветра уносит его в угол. Обнажённый и прекрасный, как бог, Арен спускается в воду, и розовые лепестки покачиваются на воде.

На поверхности остаётся лишь голова, Арен перебирается по дну, всё ближе ко мне, не спуская взгляда с лица. Сильное тело скользит по моему, вызывая вспышки сладкого томления. Лепестки качаются, липнут к его и моей коже. Горячее дыхание обжигает губы. Мягкое прикосновение… осторожный укус… настойчивый поцелуй.

Вода шумно капает с моих поднятых рук, пальцы путаются в лепестках и волосах Арена, его губы, язык, жар прикосновений вытесняют всё прочее из мира моих ощущений и мыслей.

Нас ударяет струя воды, хлещет по волосам.

Зарычав, Арен отодвигается, злобно уставляется на кого-то поверх моей головы. Запрокинув её, обнаруживаю свою мохнатую дуэнью.

– Ра-но, – Пушинка наклоняется к воде, беззвучно втягивает, раздувая щёки.