Попаданка в академии драконов 2

Пушинка, спрыгнув на его сцепленные пальцы, раскидывает лапки и обхватывает его подбородок:

— Оии… Ои…

Теперь кажется, что у Арендара тёмная бородища. Улыбку сдержать просто невозможно. Он улыбается в ответ, и золотистые глаза наполняются теплотой.

Но есть ещё один момент, который надо прояснить, и я хмурюсь:

— А если артефакт меня не выберет?

— Я уверен, что выберет.

— Но гарантировать не можешь.

— Этого не может никто, — очень пристально смотрит на меня Арендар.

— Я не хочу быть только любовницей.

— Ты это доходчиво объяснила.

— Но ты от этой идеи не отказываешься.

— Я не отказываюсь от идеи, что в этом не будет необходимости, и ты станешь моей намного раньше.

Как собственнически это звучит: «станешь моей», аж до дрожи. Пушинка лапками перекрывает губы Арендара, и к «бороде» добавляются «усы». Он опускает на неё взгляд, бормочет в лапки:

— Она всегда такая?

— Оиии, — стонет Пушинка и, отклеившись от его губ, снова раскидывает лапки в стороны и падает ему на подбородок, обнимает.

Вот ведь!

— Нет, — выдавливаю я, едва сдерживаясь, чтобы не оттащить её, — это ты на неё плохо влияешь.

Пушинка, выпрямившись, поворачивается ко мне и, вытаращив глаза, указывает на Арендара.

— Оии. — Вытягивается вверх и очерчивает лапками его лицо. — Ои. — Поглаживает его нос и жестами предлагает мне посмотреть на него. — Оии.

Если хочет сказать, что он красивый, то я и так вижу. Могла бы не показывать симпатию столь явно. И вообще, нечего его хватать.

— Пушинка, — строго окликаю я.

Она обращает ко мне большие невинные глаза.

— Сле-зай, — показываю на стол.

— Оии, — Пушинка обнимает Арендара за подбородок, но за мехом видна его довольная улыбка.

— Дай ему спокойно поесть, — пытаюсь воззвать к здравому смыслу, хотя… есть ли в этом комочке шерсти настолько здравый смысл?

— Спасибо за заботу, — еле сдерживает смех Арендар.

Пушинка очерчивает его губы лапками, прижимается к щеке и проводит пальчиками по нижней губе.

— Прекрати, — цежу я. — Это неприлично.

— Оииии…

Глаза Арендара весело поблескивают.

— Ничего смешного, — ворчливо замечаю я.

— Нет, конечно. Значит, конкуренток ты не терпишь, даже если они только комочки шерсти.

Сообразив, что он подразумевает, заливаюсь румянцем:

— Это не ревность.

— А я о ревности ничего не говорил, просто обсуждаю… — Арендар пожимает плечами, — твоё заявление. И я согласен при тебе, моей жене, даже не думать о любовницах хоть формальных, хоть реальных.

— Но если с артефактом не получится, ты меня отпустишь.

Он темнеет лицом, зрачки расширяются, а радужки вокруг них отливают расплавленным золотом.

— Ои-ои-ои, — Пушинка подпрыгивает на его руках, размахивает лапками.